Тибет в России » к началу  
Центр тибетской культуры и информации
Фонд «Сохраним Тибет»
E-mail:
Центр тибетской культуры и информации
E-mail:
Телефон: (495) 786 43 62
Главная Новости Тибет Далай-лама XIV Анонсы Статьи О центре О фонде
 

Жгучее желание свободы

12 ноября 2011 | Версия для печати
| Еще
Жгучее желание свободы
Несмотря на запрет в Таву сотни тибетцев празднуют день рождения
Далай-ламы. 6 июля 2011. Фото: Students for a Free Tibet
На месте, где умер Цеванг Норбу, нет ни цветов, ни памятных знаков. 15 августа 29-летний тибетский монах из отдаленного китайского местечка Таву выпил керосин, тщательно облил себя горючей жидкостью и зажег спичку. Два с половиной месяца спустя под покровом темноты я пришла на тот мост в Таву (китайское название Даофу), где Норбу покончил с жизнью. Весь городок практически заблокирован силами безопасности. Новые видеокамеры на фонарных столбах фиксируют каждое движение. На каждом шагу китайские полицейские с автоматами в руках. Место мученической смерти каждые несколько минут озаряет красноватый отблеск мигалок патрульных машин, непрерывно снующих по городу.

Тибет горит. После того, как в огне погиб Норбу, еще восемь тибетских монахов подожгли себя в знак протеста против китайского репрессивного режима в тибетских областях. В этом году умерли, по меньшей мере, шестеро человек, включая Норбу, среди них двое совсем юных монахов и монахиня, чье обгоревшее тело в конце октября забрали китайские силы безопасности. Тибетский буддизм известен во всем мире благодаря жизнеутверждающим мантрам его улыбающегося лидера, Далай-ламы. Но, похоже, что молодые монахи, живущие в тибетских областях Китая, выбрали самосожжение в качестве символического оружия.

Акты самосожжения свидетельствуют, что Тибетское нагорье охвачено новым, нигилистическим отчаянием. С тех пор, как три года назад за волнениями на национальной почве последовали широкомасштабные выступления протеста, китайские силы безопасности взяли под строжайший контроль тибетские районы, включая собственно Тибетский автономный район и другие провинции Китая, населенные тибетцами. Тысячи тибетцев заключены под стражу. Монахов заставляют публично обличать Далай-ламу. Местные чиновники в обязательном порядке должны посещать пропагандистские занятия. Многие части нагорья периодически закрывают для посещения иностранцами.

Однако ужесточение мер безопасности не только не устрашило тибетцев, но напротив способствовало стремительному нарастанию чувства гнева у местного населения. Помимо актов самосожжения периодически вспыхивают более мелкие акции протеста – где-то разбрасывают листовки с призывом к освобождению Тибета, где-то выкрикивают лозунги в поддержку Далай-ламы. Особенно часто это происходит в восточном районе Тибета под названием Кхам. В середине октября китайские силы безопасности стреляли в двоих протестующих тибетцев в автономной префектуре Кхама Карцзе, где находится и Таву. 26 октября ночью в восточном Тибете у здания государственного учреждения взорвалась бомба. На стене появились наспех написанные призывы к независимости Тибета, а поблизости кто-то разбросал листовки с призывом к возвращению Далай-ламы из Индии, куда он вынужден был бежать после неудачного восстания 1959 года. «Мы больше не можем это терпеть», - говорит один молодой монах из Карцзе. «Будет еще больше насилия, потому что тибетцы утратили всякое доверие к китайскому правительству».

Много лет Далай-лама прилагал усилия к тому, чтобы улучшить отношения с Пекином, говоря, что хочет для Тибета не независимости, а значимой автономии. Его попытки найти мирный компромисс носят название политики «Срединного пути». Тем не менее, 29 октября он напрямую возложил ответственность за самосожжения на китайское правительство. «Местное руководство должно разобраться в истинных причинах смертей, - сказал он. – И причина эта кроется в их собственной ошибочной, безжалостной и нелогичной политике». А два дня спустя официальный рупор китайского правительства, газета «People's Daily», сравнила Далай-ламу и его сторонников с Дэвидом Корешом и членами возглавляемой им секты, которые погибли в 1993 году во время осады агентами ФБР поместья в городе Уэйко в штате Техас.

Этим летом в Пекине официально праздновали 60-летие так называемого «мирного освобождения Тибета». По версии китайской коммунистической партии история развивалась следующим образом: крепостные тибетцы, страдающие под феодальным гнетом буддийских богов-царей, приветствовали социалистических освободителей, благодаря которым существенно повысился уровень жизни в регионе. На самом деле все далеко не так просто. Действительно, к началу вторжения народной освободительной армии в 1950 году Тибет был бедной и изолированной от остального мира страной. Но в представлении самих тибетцев он был фактически независимым государством. (Китай утверждает, что Тибет много веков был неотъемлемой частью его территории.) Все меры, принятые китайским правительством для усмирения непокорного тибетского народа, от жестокого «кнута» репрессий до экономических «пряников», оказались напрасными. Несмотря не десятилетия так называемого патриотического воспитания, тибетцы до сих пор почитают Далай-ламу и считают себя «стопроцентными тибетцами без малейшей примеси китайской нации», как сказал мне один из жителей Карцзе.

Наблюдающийся в последние годы массовый приток ханьских китайцев в тибетские области еще более усилил напряженность. Тибетцы жалуются, что ханьские мигранты получают лучшие рабочие места и доступ к богатым природным ресурсам региона. Большинство полицейских, а также многие государственные чиновники – это ханьцы. Тибетцы никогда не занимали высшую руководящую должность в компартии Тибета. Тибетский язык преподают в некоторых школах, но для того, чтобы сделать карьеру в госучреждении, необходимо свободно владеть китайским. Все официальные документы также составляются на мандаринском диалекте. «Если мы ничего не предпримем, наша тибетская культура будет уничтожена, - говорит высокопоставленный монах из популярного у туристов монастыря Карцзе. – Вот почему требуются срочные действия. Вот почему мы пытаемся спасти наших людей и нашу нацию».

Карцзе в пограничной области Кхама между ханьскими и тибетскими районами находится на переднем фланге этой борьбы. Все случаи самосожжения до сих пор происходили либо в Карцзе (по-китайски Ганьцзы), либо в соседней префектуре Нгаба (или Аба). Несмотря на представление о Тибете, как о мирной стране, кхампа, так называют жителей Кхама, веками славились как свирепые воины. В 1950-е ЦРУ занималось подготовкой тысячных вооруженных отрядов сопротивления в основном из числа кхампа. Но с потеплением американо-китайских отношений в 1970-х Вашингтон сернул финансовую поддержку. Далай-лама обратился к партизанам с призывом сложить оружие. Некоторые из них предпочли самоубийство прекращению вооруженного сопротивления.

Жгучее желание свободы
Китайская полиция в Таву. 6 июля 2011. Фото: Students for a Free Tibet
Через 60 с лишним лет после вторжения коммунистических вооруженных сил высокогорные луга Карцзе все еще оставляет впечатление оккупированной территории. Название столицы префектуры – Кандин, в переводе с китайского означает буквально «стабилизировать Кхам». Гигантские пропагандистские щиты возвышаются над мирно пасущимися стадами яков и аккуратными тибетскими поселениями. «Полиция и население разделяют общую цель способствовать развитию», - гласит один из таких щитов на китайском языке, на котором многие из тибетцев не умеют читать. «Красные флаги реют в небе», - возвещает другой. «Все вместе мы трудимся во имя мирного будущего». Полицейские джипы с натужным ревом рыскают по бездорожью, мимо тибетских кочевников, которые смотрят на них, щурясь от пыли, и показывая в улыбке зубы с золотыми коронками. Монастыри, в которых я побывала, кишат переодетыми полицейскими, которых легко опознать по короткой стрижке и настороженному взгляду. Здесь быстро устаешь не только из-за разреженности воздуха на высоте 4000 метров над уровнем моря. Слишком много людей вокруг либо делают вид, что смотрят в другую сторону, либо смотрят слишком пристально. Это внимание изнуряет.

Во всех тибетских областях иметь фотографию человека, которого Пекин называет «волком в монашеском одеянии», значит напрашиваться на тюремное заключение. Но в Карцзе я вижу лицо Далай-ламы повсюду. В каждом монастыре, где мне довелось побывать, где-нибудь да припрятан его портрет. Из складок своих бордовых одежд монахи извлекают мобильные телефоны, чтобы показать мне снимки своего духовного лидера. В небольшом магазинчике фотография Далай-ламы примостилась между упаковками арахиса и туалетной бумагой. Узнав, что я бывала в Дхарамсале, городе на севере Индии, где он живет, женщина вытирает набежавшие слезы.

Несмотря на почитание Далай-ламы его призыв к ненасилию и состраданию, который обеспечил тибетскому движению такую поддержку во всем мире, похоже, постепенно теряет свою убедительность для местного населения. Все монахи в Карцзе, с которыми я говорила, сказали, что понимают, что толкнуло их собратьев на самосожжение, связанное с нарушением обета, запрещающего им лишать себя жизни. «Они сделали это не для себя, а для всего тибетского народа, - говорит 20-летний монах. – Я восхищаюсь их мужеством».

Горящие монахи во всех заголовках. Новости о ритуальных самоубийствах быстро облетели тибетские районы, несмотря на то, что в некоторых областях китайское правительство закрывало доступ в интернет и временно блокировало передачу текстовых сообщений. Но, разговаривая с молодыми, розовощекими монахами в Карцзе, в их кельях, где портреты Далай-ламы соседствуют с плакатами звезд НБА, я не могу отделаться от мысли о тщетности самосожжений. Возможно, когда-то кхампа были гордыми воинами, но сегодня они вряд ли боеспособны. Китайское государственное новостное агентство «Синьхуа» в прошлом месяце опубликовало статью об оружии, которое тайно ввозят из Бирмы для тибетских сепаратистов. Но допотопные ружья из заштатной страны третьего мира не смогут противостоять технической оснащенности народной освободительной армии. Те, кто говорит о самосожжении уличного торговца, спровоцировавшем революцию в Тунисе, должны также признать, что симпатии большинства ханьского населения не на стороне тибетцев. У китайцев собственные обиды на правящую компартию. И несправедливое отношение к тибетцам отнюдь не входит в их число.

Я разговариваю с государственным чиновником, наполовину китайцем, наполовину тибетцем, который вырос в Таву. Он дружелюбен и вежлив, и очень хочет, чтобы я узнала правду о ситуации в его родном городе. Тибетцы, говорит он, ненасытные. Правительство дает им все – от льготных кредитов до новой инфраструктуры, а они все равно хотят еще больше. По луноподобным ландшафтам Тибетского нагорья разбросаны группы домов, построенных правительством для кочевников. Однако, подобно американским новым поселениям, заброшенным во время ипотечного кризиса, большинство из этих домов в Карцзе пустуют. Лишь немногие тибетские кочевники хотят жить в китайских домах. Государственному чиновнику это непонятно. Это очень хорошие дома, говорит он, зимой в них гораздо теплее, чем в палатке из шерсти яка. «Если бы мы дали тибетцам независимость, они ходили бы голодные и раздетые», - уверен он.

В отличие от многих китайских чиновников-коммунистов, которые ограничиваются тем, что равнодушно произносят идеологически выверенные фразы, мой собеседник из Таву отстаивает свою позицию с убежденностью. Далай-лама и его сестра, которая бежала вместе с ним в Индию, вот кто умело «дирижирует» распрями, говорит он, и голос его звенит от гнева. «Когда Далай-лама умрет, все проблемы Китая с тибетцами уйдут сами собой. Молодых тибетцев хорошо воспитывают в правильном духе, так что они не причинят сильного беспокойства».

Но все, что я видела, как раз свидетельствует об обратном. Во-первых, жизнями жертвуют именно молодые тибетцы, получившие школьное образование с про-китайским уклоном. Во-вторых, даже в среде многочисленного тибетского сообщества в Дхарамсале, где находится тибетское правительство в эмиграции, не утихают ожесточенные споры о том, не принесла ли больше зла, чем добра, политика «Срединного пути» и мирных переговоров с Пекином, которую проводит их духовный лидер. Далай-лама более сдержан в своих оценках, чем многие тибетцы, уверенные, что Пекин не желает идти ни на какие значимые уступки. В высокогорных районах Кхама страсти разгораются все сильнее с каждым монахом, предающим себя огню.

Во время недавней поездки в Дхарамсалу я встретилась с Цевангом Дондупом, торговцем из Карцзе, уехавшим из Тибета после восстания 2008. В тот год столкновения между тибетцами и ханьцами привели к гибели людей с обеих сторон. По оценкам тибетского сообщества в эмиграции, в ходе подавления последовавших за этим массовых тибетских выступлений китайские военные убили 150 человек. Дондупа ранили, когда он пытался помочь монаху, который позже скончался от пулевых ранений. Дондупа объявили в розыск, но друзья на носилках унесли его высоко в горы. Его раны сильно нагноились. Ему пришлось провести в горах 14 месяцев, прежде чем он смог бежать в Индию. Он рассказал, что аудиенция у Далай-ламы стала одним из самых драгоценных моментов его жизни. Но даже он уверен, что «когда Далай-ламы не станет, Тибет взорвется».

Вот и в этот раз, не последнюю роль в нагнетании волны конфликтов сыграл отказ тибетских монахов отречься от своего духовного лидера. Цеванг Норбу, монах, сжегший себя в Таву, жил в монастыре Ньицо, в котором в июле этого года запретили праздновать день рождения Далай-ламы. В прошлые годы, по словам местных жителей, монахи имели возможность спокойно отмечать этот день без вмешательства властей. Но в этот раз все вышло по-другому. За непослушание, проявленное монахами, в монастыре отключили воду и электричество. Осада продолжалась уже несколько недель, когда Норбу удалось выйти из монастыря и пройти по дороге с холма вниз, к центру города. Несколько минут он раздавал листовки с призывами к независимости Тибета и восхвалениями Далай-ламы. А затем достал керосин.

Мимо монастыря Ньицо я проезжала в сумерках. Камеры слежения, полицейские машины и переодетые агенты безопасности повсюду. Неясные очертания монастыря темнеют за стеной. Нет ничего, что привлекло бы внимание. Разумеется ни одного монаха вокруг. По словам местных жителей и живущих в изгнании тибетцев, многих монахов отправили в лагеря перевоспитания, как это сделали в монастыре Кирти в Нгабе, в котором семь человек совершили самосожжение. Чиновник из Таву говорит, что некоторые из монахов в Ньицо шпионы, присланные, чтобы следить за остальными. Все вокруг серое и мрачное. И вдруг, наконец-то яркое пятно у стены прямо внутри монастыря. Но это не монах в бордовых одеждах, как мне показалось вначале. Новенький огнетушитель блестит свежей красной краской.

Ханна Бич (Hannah Beech)
Time Magazine World

Перевод Натальи Иноземцевой



Международная сеть "The International Tibet Network" объявила о начале подписной кампании в защиту прав тибетцев. Петицию, размещенную по адресу standupfortibet.org, уже подписали свыше 20 тысяч человек по всему миру.


Обещаю вступиться за Тибет



С марта 2011 года девять тибетцев предали себя огню в восточном Тибете; семь из них с 26 сентября. Пятеро погибли, включая монахиню. Эти беспрецедентные и отчаянные действия призыв к миру о помощи.

Семь самосожжений связаны с монастырем Кирти в Нгаба, одним из наиболее крупных и влиятельных монастырских институтов в Тибете. Безжалостные и насильственные меры подавления в Нгаба и по всему Тибету лишь усиливают боль тибетцев и обостряют чувство ожесточенности и отчаяния, которое испытывают по всему Тибету.

Эта усугубляющаяся трагедия, оставленная без внимания, может стремительно перерасти в кризис государственного масштаба, если мир не предпримет незамедлительных действий.

Международное сообщество, отдельные граждане и правительства, должны вступиться за Тибет. Глобальное дипломатическое вмешательство спасет жизни тибетцев.

Мы требуем скоординированных действий со стороны мировых лидеров для осуждения репрессивных мер, предпринимаемых в Нгаба и по всему Тибету, и запуска многосторонних механизмов отстаивания прав тибетского народа. В качестве незамедлительной меры мы призываем Китай вывести силы безопасности из Нгаба и со всей территории Тибета и прекратить унижение и пытки монахов.

Подписывая эту петицию, я поддерживаю глобальное дипломатическое вмешательство в ситуацию в Тибете и обязуюсь вступиться за тибетцев, у которых, как у всякого человеческого существа, есть право жить в мире и пользоваться свободой.

Чтобы подписать петицию перейдите по ссылке

Введите свое имя (First name), фамилию (Last name) и адрес электронной почты (email) и кликните на кнопку «Подписать» (Sign now)

Самоcожжения в Тибете


Просмотров: 2642  |  Тэги: Тибет, Карцзе, Таву, Нгаба

Комментарии:

Информация

Чтобы оставить комментарий к данной публикации, необходимо пройти регистрацию
«    Ноябрь 2011    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
 
 
Подпишитесь на нашу рассылку

Сохраним Тибет!: новости из Тибета и буддийской России

Подписаться письмом
Регистрация     |     Логин     Пароль (Забыли?)
Центр тибетской культуры и информации | Фонд «Сохраним Тибет!» | 2005-2021
О сайте   |   Наш Твиттер: @savetibetru Твиттер @savetibetru
Адрес для писем:
Сайт: http://savetibet.ru