Сохраним Тибет > «Мы будем работать долго». Конференция «Понимание мира»: два года спустя
«Мы будем работать долго». Конференция «Понимание мира»: два года спустя8 мая 2020. Разместил: savetibet |
Ровно два года прошло после Диалога российских и буддийских ученых «Понимание мира» в Дхарамсале (Индия), организованного фондом «Сохраним Тибет», Центром тибетской культуры и информации и фондом Далай-ламы при поддержке Института философии РАН и Центра исследования сознания МГУ в рамках программы «Фундаментальное знание: диалоги российских и буддийских ученых». В этой конференции, которую принимал и вел Его Святейшество Далай-лама, участвовали десять ведущих российских ученых в области нейрофизиологии, генетики и философии: Константин Анохин (МГУ), Павел Балабан (Институт высшей нервной деятельности и нейрофизиологии РАН), Дмитрий Волков (МГУ), Давид Дубровский (Институт философии РАН), Александр Каплан (МГУ), Виктория Лысенко (Институт философии РАН), Святослав Медведев (Институт мозга человека РАН имени Н.П.Бехтеревой), Евгений Рогаев (Институт общей генетики им. Н.И. Вавилова РАН, Медицинская школа Массачусетского технологического института (США), Андрей Терентьев (главный редактор журнала «Буддизм в России»), Николай Янковский (Институт общей генетики им. Н.И. Вавилова РАН).
Кроме «старших» ученых, в дискуссии приняли участие молодые исследователи. По такому же принципу подбирался состав принимающей стороны: монахи-наставники и молодые монахи, и, конечно, на вершине «пирамиды» — Далай-лама, принимавший активное участие в диалоге. ![]() Во время диалога между российскими учеными и буддийскими учеными-философами. Дхарамсала, Индия. Май 2018 г. Мы, журналисты, стали свидетелями уникального, поистине исторического действа – глубочайшего ментального взаимодействия звезд первой величины, которые в обычной жизни никогда не оказываются рядом, взаимодействия, которое могло бы вызвать настоящий «кембрийский взрыв». В течение трех дней российские ученые вели труднейший диалог с буддийскими учеными-философами о природе сознания. Для западной науки это понятие не определено и до недавнего времени вообще не являлось объектом исследования. В то время как для буддизма это основной предмет изучения и постижения. На наших глазах происходило чудо: мы наблюдали час за часом и день за днем, как эти «жители разных планет» сначала пытались просто понять друг друга, как постепенно из трудностей перевода рождалось подобие диалога и готовность к переосмыслению собственных устоявшихся представлений. Но возникала мысль: а что же дальше? Как подобное ментальное взаимодействие может повлиять на нашу дальнейшую жизнь, науку в целом? Какими будут плоды этих грандиозных усилий? Разговоры с нашими учеными в завершающий день, по дороге домой, при встречах сразу после возвращения, показали, что первым итогом, который можно было оценить и понять уже тогда, стали новые размышления. Многие российские исследователи из этой десятки – кстати, «старшие» в гораздо большей степени, чем молодые, – говорили о том, что диалог дал им возможность по-новому взглянуть на собственную работу, рассмотреть ее под иным углом, увидеть новые перспективы и просто задуматься о природе западной науки. Кто-то из них к моменту начала диалогов с Далай-ламой и буддийскими философами давно осознавал ограниченность западного подхода и ощущал потребность в расширении границ. Вспоминаю некоторые цитаты, которые очень знаково звучат сейчас, спустя даже этот небольшой срок: Академик Николай Янковский, генетик: «Мы попытались взглянуть на нашу систему знаний с точки зрения их системы: что в нашей экспериментальной науке может быть приложимо к проверке положений буддизма. И, наоборот, посмотреть с их точки зрения на то, что мы делаем, и по-новому поставить задачи. Для меня лично это «взгляд со стороны» на собственные взгляды: что может сделать генетика, какие новые вопросы могут быть перед ней поставлены. Трудно сказать, как будут развиваться события и дойдут ли эти идеи до практического воплощения. Однако из истории науки нам известно, что в стремлении расширить свои знания или найти объяснение необъяснимому ученого вряд ли может что-то остановить». ![]() Академик Святослав Медведев слушает комментарии Его Святейшества Далай-ламы к своему докладу, представленному во время первой сессии диалога между российскими учеными и буддийскими учеными-философами. Дхарамсала, Индия. Май 2018 г. Академик Святослав Медведев, нейрофизиолог: «На самом деле существуют две традиции науки — до Пифагора и после него. Во времена Древнего Египта теорема Пифагора не была доказана, но строители пирамид прекрасно знали, чему равен квадрат гипотенузы, иначе эти строения развалились бы. Западная наука пошла по греческому пути, когда каждое положение требует доказательства. А это вовсе не обязательно, часто бывает достаточно крепкой логики, прочных знаний и большого опыта, чтобы выстроить верную гипотезу. Именно так строится буддистская наука, кстати, в этом весьма преуспела и наука российская. Наши предшественники Сеченов, Павлов, Бехтерев строили модели, теории, которые были подтверждены экспериментально лишь спустя десятилетия. А вот закон сохранения энергии — основа нашей модели мира — до сих пор не доказан. Он основан именно на «большом опыте». Чем ему уступают буддистские построения, основанные на более чем двухтысячелетнем опыте?» Сразу после возвращения из Индии мы беседовали с научным организатором конференции с российской стороны членом-корреспондентом РАН (сейчас уже академиком РАН) Константином Анохиным. Обсуждали возможность естественнонаучной проверки теоретических положений буддизма, к чему не раз призывал западных ученых Далай-лама. Константин Владимирович сказал тогда, что следствием диалога, состоявшегося в Дхарамсале, могут стать исследования, проводимые совершенно на новом уровне: «Прежде всего, это изучение разума с позиций первого и третьего лица. Теоретически сделать это можно двумя путями. Первый — интегрировать “первое лицо” в объективные исследования, то есть объектом и субъектом исследования станет буддист-практик, который будет дополнительно снабжен методами и оборудованием западной науки. Второй — западный исследователь сам становится “первым лицом”, объектом и субъектом, овладевает буддийской техникой интроспекции и одновременно использует свои привычные методологию и оборудование. Что проще и эффективнее, пока не понятно, но скорее всего, будут использованы оба подхода. Исследования феномена “жизни после смерти”, уже предпринимавшиеся западной наукой, могут быть продолжены, если в качестве модели использовать состояние, которого могут достигать некоторые буддийские старцы-практики. Известно, что их тела способны не разлагаться в течение многих дней, и можно предположить, что они находятся в каком-то «промежуточном» состоянии». В тот момент это был теоретический разговор, и мне казалось, что подобные исследования, если и начнутся, то в отдаленном будущем, и что даже возможность подобного разговора с академическим исследователем в российской прессе сама по себе уже огромный шаг вперед. (Хотя, конечно, мы знали об активных исследованиях медитации, которые проводили американские и некоторые европейские ученые.) Но мысли и идеи, как известно, материализуются, и, наверное, внутренняя концентрация этих мыслей и идей в течение тех майских дней в Дхарамсале была настолько велика, что они непременно должны были найти свое воплощение в реальной жизни. Об этом – с практической точки зрения – задумывались и другие участники: Александр Каплан, Евгений Рогаев. А Святослав Медведев начал осуществлять эти замыслы – уже спустя месяц отправился на учения Его Святейшества в Ригу, чтобы обсудить с ним возможность реализации задуманного масштабного проекта исследований сознания российскими учеными в буддийских тибетских монастырях Индии. «Я не буддист, но встреча с Далай ламой оказала на меня большое влияние, – говорит он сегодня. – Особенно я был поражен, когда Его Святейшество во время наших дебатов в Дхарамсале заявил, что если в результате экспериментальной проверки важного постулата буддийского учения, этот постулат будет опровергнут, то он примет такое опровержение». «А еще я стал по-другому относиться к смерти, – признается он. – И как просто человек, и как ученый. Теперь я уверен, что смерть – явление и процесс – можно и нужно изучать. Также я много думал над его словами о том, что изучать медитацию должны сами практики. Впоследствии при организации нашего проекта это сыграло ключевую роль». ![]() Обсуждение проекта исследования измененных состояний сознания и тукдама с Его Святейшеством Далай-ламой. Карнатака, Индия. Декабрь 2019 г. Прошло два года. Сегодня, спустя такой короткий срок, в закрытых тибетских территориях на Юге Индии открыты две совместные лаборатории с вывеской «Российский научный центр», объединяющие семь крупнейших тибетских монастырей, в которых работают вместе российские ученые и монахи-исследователи. Носители буддийской традиции, теперь вооруженные инструментом и методологией западной науки, и носители западной научной традиции, постигающие глубины сознания. В сентябре прошлого года первая группа (8 человек) будущих монахов-исследователей прошла обучение и практическую стажировку в Москве и Петербурге. Им читали лекции участники дхарамсальского диалога Константин Анохин, Александр Каплан, Святослав Медведев, и были приглашены другие российские ученые из разных институтов. Профессор Каплан сейчас обучает уже вторую группу на месте, в лабораториях монастырей. Его занятия с монахами – это настоящее искусство объяснения и совместного творчества, дискуссии, ответов на трудные вопросы. В исследовательском проекте, который в монашеском сообществе коротко называют «Medvedev Tukdam Project», профессор Каплан возглавляет серию исследований тантрических медитаций – тайных, скрытых практик. Это было его давней мечтой: еще в самом начале работы, будучи молодым исследователем, он по собственной инициативе отправился в Индию, в отдаленный ретрит, чтобы записать ЭЭГ (электроэнцефалограмму) практика-отшельника. К проекту присоединись исследователи из нескольких российских институтов, включая профессора Юрия Бубеева из Института медико-биологических проблем РАН. Институт занимается космической медициной и обеспечением космических полетов – кому как не им с их космическим подходом изучать глубины сознания! Многие идеи методов и технологий, использования сверхточных приборов были предложены Юрием Аркадьевичем. Откручиваем пленку еще немного назад: февраль прошлого года, в библиотеке монастыря Таши Лхунпо (Белакуппе, штат Карнатака), где теперь располагается одна из двух лабораторий, проходит важная встреча, на которой определяется уникальная структура проекта, в том числе и кадровая. Проводит ее Тэло Тулку Ринпоче, представитель Далай-ламы в России, Монголии и странах СНГ. (В течение этих двух лет Тэло Ринпоче сопровождал все экспедиции российских ученых в Индию, и во многом благодаря его усилиям проект состоялся.) Итак, именно тогда было окончательно решено, что лабораторий будет две (Белакуппе, Мондгод), каждая из них будет объединять соответственно три и четыре монастыря (Сера Дже–Сера Ме–Таши Лхунпо, Дрепунг Гоманг–Дрепунг Лоселинг–Гаден Джангце–Гаден Шарце.) Так лаборатории превращаются в юниты, мини-научные центры, в которых вместе с российскими учеными работают монахи-исследователи из разных монастырей, а экспертную и организационную работу со стороны монашеского сообщества осуществляют супервайзеры. Сегодня их два (в каждом юните) – геше Нгаванг Норбу и геше Лобсанг Сангпо, блестяще образованные, прошедшие обучение в американском университете Эмори, ориентирующиеся в подходах западной науки. Они ключевое звено проекта, связующее звено между монастырями и исследовательской группой, без них работа, взаимодействие, общение были бы просто невозможны. И конечно, ни сами исследования, ни контакт с испытуемыми – практиками медитации, – также не были бы возможны без монахов-исследователей. Сейчас первая восьмерка, прошедшая обучение в России, может уже проводить и реально проводит эксперименты самостоятельно. В монастырях подрастает новая смена, за ней, надеюсь, придет следующая, и постепенно сформируется совершенно новый как для западно-научной, так и для буддийской научной традиции класс исследователей. Возможно, именно им удастся пролить свет и открыть для западного мира многие феномены, которые хранит мир буддизма. И сделать эти ценные знания по-настоящему доступными для западного сообщества. ![]() Во время исследований медитации в объединенной лаборатории монастырей Сера Дже, Сера Ме и Таши Лхунпо, расположенной в библиотеке монастыря Таши Лхунпо. Карнатака, Индия. Ноябрь 2019 г. Еще один важный, поистине исторический момент прошлого года: настоятели семи монастырей подписывают соглашение о совместной работе в рамках исследовательского проекта. Тоже уникальное событие, прежде всего для самих монастырей, – работать вместе, объединиться, иметь общую лабораторию, имеющую общих наставников и общих исследователей. Кстати, то же самое касается и объединения в проекте исследователей из разных российских институтов, представляющих не только разные научные школы, но и разные научные направления. И вот, снова вперед, – декабрь 2019 года. Обе лаборатории отремонтированы, завезено оборудование, обучен персонал, началось самое важное и самое трудное – повседневные исследования. Новая встреча с Его Святейшеством Далай-ламой, участники которой объединены уже не форматом философско-теоретического диалога, а совместной работой: российские ученые и монахи-исследователи, супервайзеры, настоятели семи монастырей. И обсуждение предельно конкретное: супервайзеры передают Далай-ламе списки практиков медитации, принявших участие в исследованиях, – к тому моменту их было уже около ста. Его Святейшество дает практические советы: какие виды медитации лучше исследовать, на какие моменты обратить внимание. Но постепенно он переводит разговор от конкретных, сегодняшних моментов снова в будущее. Куда двигаться дальше, какие еще феномены, явления стоило бы исследовать нашими, теперь уже комбинированными методами. Звучит как заоблачная фантастика, но Далай-лама, будучи истинным ученым, спокойно относится к такому подходу, и для него границ познания не существует. Что будет дальше предсказать невозможно. Одно только, пожалуй. Процитирую слова одного из настоятелей, обращенные к исследователям: «Мы будем работать долго». Елена Кокурина, научный журналист, на конференции «Понимание мира» представлявшая журнал «В мире науки» – русскую версию Scientific American. Теперь – координатор исследовательского проекта. |