Тибет в России » к началу  
Центр тибетской культуры и информации
Фонд «Сохраним Тибет»
E-mail:
Центр тибетской культуры и информации
E-mail:
Телефон: (495) 786 43 62
Главная Новости Тибет Далай-лама XIV Статьи О центре О фонде
 
Locations of visitors to this page

Горящий вопрос. Что толкает тибетцев на самосожжения?

5 ноября 2012 | Версия для печати
| Еще


Документальный фильм, подготовленный Департаментом информации и международных отношений Центральной тибетской администрации, рассказывает о том, какие предпосылки, причины и события привели к волне протестных самосожжений тибетцев в Тибете. Он объясняет, как сами тибетцы относятся к этим беспрецедентным действиям, на что они надеются, и какое решение сможет оправдать принесенные жертвы.

Перевод и озвучивание: Наталья Иноземцева
Техническая поддержка: Максим Брежестовский




Горящий вопрос. Что толкает тибетцев на самосожжения?

С момента вторжения в Тибет в 1949-м году Китай правит Тибетом железной рукой. Непрекращающиеся самосожжения тибетцев – это протест против политики Китая в Тибете.

Сегодня Тибет заблокирован китайскими военными. Причина – патологический страх китайских властей перед тибетцами, которые предают себя огню во имя свободы, превращая свои тела в пылающие факелы.

С февраля 2009-го по август 2012-го произошло 51 самосожжение. 40 человек умерли, о судьбе остальных практически ничего не известно. Монахи, монахини, мужчины и женщины миряне. Большинство из них молодые, крепкие люди. Они обливают себя горючей жидкостью и выкрикивают лозунги, пока огонь пожирает их тело. Для своих акций они выбирают городские площади, людные рынки, правительственные учреждения и военные базы, любые другие публичные места, символизирующие жестокое господство Китая в Тибете.

В отличие от самосожжений монахов в 1960-е во время войны во Вьетнаме и акции Мохамеда Буазизи в Тунисе, давшей начало “арабской весне”, тибетские жертвы пока не принесли никаких ощутимых результатов. Остальной мир обходит их молчанием. Можно ли разобраться в истинном положении вещей, если въезд в Тибет закрыт для иностранных журналистов и туристов, чтобы никто ничего не увидел и не рассказал?

В 2008-м, за год до начала волны самосожжений, все обстояло иначе. Иностранных гостей и журналистов охотно приглашали полюбоваться Олимпиадой в Пекине. Но, вместо того, чтобы купаться в лучах славы, Китай столкнулся с восстаниями в Тибете. Недовольство тибетцев колониальным правлением, копившееся в течение 59 лет, вырвалось наружу.

В Тибете незамедлительно были развернуты части вооруженной полиции, усиленные бронемашинами. Камеры иностранных корреспондентов и гражданских журналистов запечатлели настоящее положение дел с правами человека в Тибете. Новостные ленты запестрели сообщениями о тибетском восстании. И тогда Пекин закрыл Тибет для посторонних.

Пользуясь рецессией и финансовым кризисом на Западе, перед лицом внутренней политической нестабильности китайское руководство отрицает существование проблемы массовых самосожжений в Тибете.

Несмотря на усиленное присутствие полиции и военных в очагах протеста и фактическое введение военного положения, в Тибете продолжают раздаваться крики сгорающих заживо людей: «Требуем возвращения Далай-ламы в Тибет! Мы хотим свободы! Требуем соблюдения прав человека!».

Случались ли самосожжения в Тибете раньше? Никогда. Буддизм учит, что каждая человеческая жизнь драгоценна. В самые мрачные годы, в период претворения в жизнь политики «большого скачка» и во времена культурной революции в Тибете были случаи самоубийств, но ни разу люди публично не предавали себя огню. В этой связи логично задать вопрос, почему это происходит сейчас?

В ситуации, когда интернет и телефон заблокированы, а журналистов и иностранцев не пускают в Тибет, трудно понять, что же там происходит на самом деле. «Репортеры без границ» говорят, что в Лхасу журналистам попасть сложнее, чем в Пхеньян. Корреспондентов БиБиСи и СиЭнЭн, пытавшихся проникнуть в районы восточного Тибета, где произошло большинство самосожжений, задержала полиция, их допрашивали и угрожали аннулировать визы.

«Полицейские продержали нас девять часов. Они пытались заставить нас подписать бумагу с отказом от попыток въезда в тибетские районы. Когда мы не стали этого делать, нам пригрозили, что через два дня наши визы могут аннулировать, а нас вышлют из страны».

Закрыв Тибет от международных наблюдателей, Китай развернул в государственных СМИ кампанию по распространению ложной информации. О совершивших самосожжения говорят, что это террористы, либо психически неуравновешенные люди, либо безграмотные крестьяне, не имеющие представления о современном мире. Поскольку большинство тибетцев, предавших себя огню, молодые люди, которые являются монахами, либо были ими раньше, китайская пропаганда отрицает политическую подоплеку акций протеста и заявляет об идеологической обработке со стороны тибетских религиозных лидеров и наставников. Это очевидный выпад в адрес Его Святейшества Далай-ламы и так называемой «клики далая» в Индии. Их обвиняют в том, что они якобы предлагают вознаграждения семьям погибших или пострадавших в результате самосожжения и подстрекают к новым протестам против власти Китая в Тибете.

Этот фильм рассказывает о том, какие предпосылки, причины и события привели к новой вспышке яростных протестов на Тибетском нагорье. Что еще важнее, он объясняет, как сами тибетцы относятся к этим беспрецедентным действиям, на что они надеются, и какое решение сможет оправдать принесенные жертвы.

Единственная искра

27 февраля 2009 года 20 с небольшим монахов монастыря Кирти узнали, что власти отменили намеченную на тот день важнейшую религиозную церемонию. Полчаса спустя Тапей, в пропитанной горючей жидкостью одежде и с запрещенным тибетским флагом в руках, появился на главной площади города Нгаба. Выкрикивая лозунги, он поджег себя. Вооруженная милиция открыла стрельбу по монаху, а затем забрала его тело. Это стало первым самосожжением в целой серии подобных протестов, прокатившихся по Тибету. О дальнейшей судьбе Тапея ничего не известно.

Мао Цзэдун говорил, что религия – это яд. И современное китайское руководство продолжает видеть в монастырях Тибета основной источник угрозы. В конце 90-х годов оно прибегло к классическим методам времен Мао Цзэдуна, чтобы контролировать монахов и монахинь. Прежде всего, было введено «патриотическое воспитание», а затем управление повседневной жизнью тибетских монастырей перешло к «демократическим административным комитетам». И теперь в монастырях любовь и преданность к великой родине-матери ставится выше изучения и практики Учения Будды. Монахи и монахини вынуждены тратить большую часть дня на зазубривание пропагандистских текстов, и, что мучительнее всего, их заставляют подписываться под обличениями Его Святейшества Далай-ламы.

С момента спонтанных протестов 2008-го года по всему нагорью развернули системы наблюдения и контроля. Теперь в каждом демократическом административном комитете должна быть ячейка китайской коммунистической партии. А правительственные чиновники напрямую руководят религиозными учреждениями. Учитывая такой целенаправленный контроль над религиозной жизнью, не удивительно, что из 51-го самосожжения, совершенного до конца августа 2012-го года, 30 произошли в Нгабе. Из них 20 совершили молодые монахи и монахини. Две погибшие монахини были из близлежащего женского монастыря.

В ситуации, когда монастырь Кирти и город Нгаба находятся под полным контролем китайской вооруженной милиции и подразделений китайской армии, настроения монахов монастыря Кирти становятся все более радикальными. Ведь их монастырь сегодня превратился, по сути, в тюрьму. С ноября 2011 года в целях дальнейшего повышения патриотизма у монахов и монахинь во всех монастырских зданиях должны быть размещены портреты четырех лидеров китайской компартии и флаг КНР.

Следуя провозглашенным Ху Цзиньтао курсом на построение гармоничного общества, Пекин тратит на внутреннюю безопасность и системы наблюдения больше, чем на национальную оборону.

В одном только уезде Аба в восточном Тибете расходы на государственную безопасность в 2009 году были в пять раз выше, чем в нетибетских районах провинции Сычуань. Такой рост расходов, очевидно, связан с волной самосожжений и выступлениями протеста. А усиленное военное присутствие, в свою очередь, ведет к углублению конфронтации в обществе и к отчуждению тибетцев.

Несмотря на отсутствие убедительных доказательств, что монастырь Кирти как-то причастен к самосожжениям монахов, КНР обвиняет местных жителей и обитателей монастыря в подстрекательстве к подобным акциям. За каждым из огненных протестов следуют милицейские облавы, аресты, перекрытия дорог и демонстрация военной силы с целью устрашения.

После того как в марте 2011 года монах из монастыря Кирти по имени Пхунцок совершил самосожжение, монастырь был взят в осаду отрядами вооруженной китайской милиции и отрезан от водоснабжения и поставок продовольствия. Кампания по патриотическому воспитанию приняла небывалый размах, участие в подобных занятиях стало обязательным.

Месяц спустя на десяти военных грузовиках из монастыря Кирти вывезли 300 монахов, якобы на курсы повышения юридической грамотности, а в действительности, чтобы подвергнуть идеологической обработке. О судьбе тех, кто в монастырь не вернулся, ничего не известно. Сегодня, чтобы покинуть монастырь, монаху необходимо предоставить письма от трех поручителей. В Абе в дополнение к гражданским и военным патрулям было развернуто специальное подразделение по борьбе с терроризмом.

Дхарамсала, Индия
Кирти Ринпоче, настоятель монастыря Кирти


Конституция Китая защищает право гражданина верить или не верить в религию. Буддист – это человек, принимающий прибежище в Трех драгоценностях: Будде, его Учении, и сообществе его учеников. Тибетские буддисты почитают своих духовных наставников и Его Святейшество Далай-ламу как воплощения Будды. И хотя Китай заявляет о том, что защищает религиозные свободы, в ходе кампании по так называемому «патриотическому воспитанию» монахов и монахинь заставляют обличать своих духовных наставников. Им не позволяют поддерживать отношения со своими духовными учителями, ни следовать их учениям. Все это наполняет сердца и умы тибетского народа невыносимой болью. Но тибетцы все равно не отрекутся от объектов прибежища, даже под страхом смерти.

С 1959 года основные репрессии были направлены против тибетских монастырей, в которых Китай видит очаги реакции. Годами в стенах монастырей одна пропагандистская кампания сменяла другую, и сегодня наступил переломный момент.

Тибетские монастыри – это учебные и научные центры. В них хранится тибетское культурное наследие. Это не туристические достопримечательности и не музеи. Но китайская политика превратила тибетские монастыри в туристические объекты, приносящие доход, где на потребу туристам проводят красочные религиозные представления.

Китайские власти не только наложили ограничения на тибетские монастыри, но пошли еще дальше. Они хотят изменить тибетский буддизм, чтобы использовать его в своих политических целях. Но это невозможно, как невозможно поворотить вспять воды горной реки. Тибетский буддизм основан на научных принципах. Буддизм нельзя менять по своему усмотрению и подстраивать его под политику коммунистической партии.


В сентябре 2011 года троих монахов монастыря Кирти приговорили к тюремному заключению сроком от десяти до тринадцати лет. Их обвинили в том, что они помогли Пхунцоку совершить самосожжение, а потом укрывали его в монастыре, пока он не умер. Китай называет самосожжения жестокими террористическими актами и грубым нарушением основных принципов буддизма.

Цзянь Юй, пресс-секретарь МИД КНР

Такое поведение, отрицающее ценность жизни и нарушающее нормы нравственности, должно быть подвергнуто осуждению. Однако зарубежные борцы за независимость Тибета, клика далая, не только не осудили это вопиющее поведение, но и публично прославляют его.


Но тибетские религиозные наставники, такие как Сопа Ринпоче, получившие прекрасное образование, лучше разбираются в причинах. Этот сорокадвухлетний ученый лама умер 8 января 2012 года в округе Голок провинции Амдо. Прежде чем выпить керосин и поджечь себя, он записал такое послание:

Я совершаю огненное подношение своего тела, чтобы разогнать тьму и освободить всех существ от страданий... Я приношу свое тело в жертву с твердым убеждением и чистым сердцем, подобно тому как Будда бесстрашно отдал свое тело на растерзание голодной тигрице, [чтобы она съела его вместо тигрят].

Насильственное переселение тибетских кочевников...

Большинство совершивших самосожжения были монахами и монахинями, из которых почти половина родились в традиционных районах проживания тибетских кочевников. Из шести миллионов тибетцев почти два миллиона составляли кочевники, наделенные дружелюбным и независимым характером. Именно их традиционный уклад жизни более всего пострадал под коммунистическим гнетом. Сегодня полтора миллиона кочевников загоняют жить в поселки, контролируемые государством.

Из такой семьи происходила и Ринчен, мать четырех детей, совершившая самосожжение 4 марта 2012 года неподалеку от военного лагеря у города Нгаба. С тех пор как умер ее муж, она в одиночку воспитывала детей от 1 до 13 лет. «Нам нужна свобода!» – кричала она, в то время как пламя охватывало ее тело. Этот предсмертный вопль одинокой матери как нельзя лучше говорит о кризисе, назревшем в Тибете. Среди тибетцев силен дух сопротивления китайской коммунистической партии.

Тибетские кочевники столетиями свободно пасли свои стада яков и овец на обширных зеленых пастбищах по всему нагорью. Но в 1998-м Пекин начал насильно переводить кочевников на оседлый образ жизни. В качестве официальной причины называли перевыпас, ведущий к деградации окружающей среды и эрозии почв, хотя до сих пор кочевники жили в гармонии с окружающей природой. В этих деревнях для бывших кочевников, расположенных в отдаленных районах, нет возможности для трудоустройства. Лишенным своих стад кочевникам некуда приложить веками накопленные умения. Безработица стала нормой. От безысходности мужчины начинают пить, а женщины вынуждены заниматься проституцией. Тибетским кочевникам прекрасно известно, что их земли богаты полезными ископаемыми, драгоценными металлами и другими природными ресурсами, столь необходимыми КНР, и у них нет никаких иллюзий по поводу собственного будущего.

Тибетский язык и свобода

Подобно многим тибетским детям Церинг Ки пошла в школу, когда ей было уже десять лет. Но благодаря усердию и жажде знаний она быстро наверстала отставание. По рассказам родственников, даже ухаживая за домашним скотом, она не расставалась с книгой. Как же велико было ее отчаяние, когда она узнала, что власти решили перевести обучение в ее родной провинции Амдо с тибетского языка на китайский. 3 марта 2012 года, перед началом весеннего семестра, Церинг Ки вышла из общественного туалета на городском рынке, обернутая в одеяла, пропитанные бензином. Прежде чем упасть на землю, охваченная огнем, она вскинула над головой руку, сжатую в кулак. Она умерла на месте протеста. Ей было 20 лет.

Проблема языка – один из наиболее болезненных вопросов в Тибете. Китайский язык повсеместно вытесняет тибетский и становится единственным средством официального общения во всех сферах, включая систему образования. Тибетские крестьяне, не знающие китайского, чувствуют себя иностранцами в собственной стране. Политика, направленная на обесценивание тибетского языка, выталкивает тибетцев на обочину общественной жизни, лишает их возможности трудоустройства.

В 2006 году студенты университета в Лхасе вышли протестовать, когда из 100 государственных вакансий 98 распределили среди выпускников китайского потока, оставив лишь две выпускникам, говорящим на тибетском.

А в сентябре 2010-го сотни рассерженных выпускников лхасского института традиционной тибетской медицины вышли на демонстрацию перед зданием правительства Тибетского автономного района с требованиями предоставить возможности для трудоустройства.

Год спустя студенческие протесты вспыхнули на северо-востоке страны, когда в провинции Амдо было принято решение полностью перевести обучение на китайский язык. Демонстрации собирали толпы людей, требовавших равенства национальностей, свободы языка. Вскоре протесты перекинулись из Амдо в Пекин, где с требованиями свободы языка выступили 400 студентов столичного университета национальных меньшинств.

Тибетский язык, как письменный, так и устный, – это краеугольный камень национальной самобытности, культуры и религии Тибета. Кроме того, тибетский язык обладает уникальной исторической ценностью, как один из четырех древнейших языков Азии. По меткому выражению тибетского блоггера: отобрать у человека родной язык, все равно, что вырвать язык у него изо рта.

Колониальная политика Китая

До 27 мая 2012 года история столицы Тибета Лхасы не знала ни одного случая самосожжения. В тот день, несмотря на повсеместное присутствие милиции и военных патрулей, Даргье и Дордже Цетен в знак протеста против китайской власти в Тибете подожгли себя на площади перед старинным храмом Джокханг, тибетской святыней 7-го века. Даргье было 25, а Дордже 19 лет. Оба переехали жить в Лхасу из восточного Тибета и работали в ресторане. После двойного самосожжения в мае несколько сотен тибетцев из восточных провинций, проживавших в Лхасе, насильно выдворили из столицы. С целью избежать дальнейших выступлений протеста со стороны тибетцев китайские власти существенно ужесточили меры безопасности. Военное присутствие на улицах Лхасы заметно до сих пор.

Запись из блога китайского пользователя: «Лхаса наводнена войсками спецназа. Они повсюду: на заправках, в храмах, на электростанциях, на перекрестках. Повсюду вооруженные спецназовцы. Вдоль пешеходных улиц ездят бронированные патрульные машины».

Другой очевидец пишет: «Фотографируя напротив дворца Потала, нельзя садиться или ложиться на землю. Иначе есть шанс быть задержанным милицией».

Класанг Гьялцен Бава, специалист по Китаю

В основе современной политики Китая в отношении Тибета лежат два главных принципа: экономическое развитие и социальная стабильность. В соответствии с последним принципом вина за текущую нестабильность в Тибете возлагается на так называемую «клику далая», т.е. на Его Святейшество Далай-ламу и тибетскую администрацию в эмиграции. Любые действия в Тибете, направленные на сохранение тибетской религии, культуры, языка, объявляют сепаратизмом, угрозой государственной безопасности. Под предлогом защиты от этой угрозы китайское руководство прибегает к неограниченному применению силы, необоснованным арестам, пыткам и убийствам. Это является одной из основных причин кризиса, который мы наблюдаем в Тибете.

Далее, под лозунгом экономического развития китайские власти проводят кампании, такие как проект помощи Тибету, развития туризма и создания инфраструктуры. На самом деле истинная цель всех этих кампаний облегчить переселение китайцев в Тибет, с тем, чтобы в наводненном китайцами Тибете постепенно исчезли тибетская религия, культура и язык. Поэтому тибетцы в Тибете опасаются, что истинная цель политики Китая заключается в том, чтобы уничтожить их национальную самобытность. Как следствие в Тибете стало нарастать протестное движение. Таким образом, именно ущербная китайская политика в отношении Тибета является главной причиной волны самосожжений тибетцев.


Говорят, что сегодня в Лхасе китайцев больше, чем тибетцев, солдат больше, чем монахов, а камер наблюдения больше, чем окон.

Туптен Сампхел, директор Института тибетской политики

Не случайно, что рост числа самосожжений в Тибете пришелся на то время, когда Его Святейшество Далай-лама начал процесс передачи всех своих политических полномочий избранному тибетскому лидеру. Я думаю, что таким образом тибетцы в Тибете выражают свое отношение к тому, что Его Святейшество Далай-лама перестал быть политическим лидером тибетского народа, это стало для них причиной глубокого сожаления. Все тибетцы без исключения хотят возвращения Его Святейшества в Тибет. Но они видят, что тибетский народ больше не может полагаться на Его Святейшество, как на своего политического руководителя. С другой стороны я думаю, что тибетская молодежь в Тибете испытывает эмоциональный подъем в связи с тем, что в эмиграции Его Святейшество Далай-лама передал свои политические полномочия демократически избранному лидеру. Глядя на эти события, тибетцы понимают, что если им предоставить такую возможность, они способны избрать лидера, чьи полномочия будут прямо унаследованы от традиционного института далай-лам. Таким образом, в тибетском сообществе в Тибете наблюдается чувство воодушевления, но в то же время и чувство глубокого разочарования в связи с тем, что из-за упрямства и нежелания китайского руководства они лишены возможности самостоятельно выбирать своих политических лидеров. На мой взгляд, эти два фактора, возможно, сыграли роль в том, что в Тибете мы видим такое большое количество самосожжений.


Несмотря на репрессивную колониальную политику Пекина в Тибете, направленную на разобщение населения, официальная пропаганда КНР упорно настаивает на том, что самосожжения в Тибете инспирированы и подготовлены Его Святейшеством Далай-ламой и его сторонниками в эмиграции. Какова же позиция Центральной тибетской администрации по этому горящему вопросу? Поскольку в 2011 году Далай-лама полностью передал все свои политические и административные полномочия демократически избранному руководству во главе с Лобсангом Сенге, этот вопрос мы задаем представителю тибетской администрации Дики Чоянг, главе департамента информации и международных отношений.

Дики Чоянг, глава департамента информации и международных отношений

Центральная тибетская администрация придерживается очень ясной позиции по отношению к самосожжениям. Когда в 2012 году произошли первые самосожжения, мы обратились к тибетцам, живущим в Тибете, с призывом не прибегать к крайним действиям. Однако, несмотря на наш призыв, самосоженния продолжаются. С учетом сложившейся ситуации на нас ложится моральная ответственность выступать от имени тибетцев, объясняя международному сообществу, какие причины кроются за этими акциями политического протеста. Изучая историю каждого из совершивших самосожжения, можно увидеть, что их крайнее недовольство было вызвано китайской политикой, в частности, политикой в отношении религиозной свободы, языка, окружающей среды, а также насильственного переселения тибетских кочевников.

На вопрос, какой же выход мы видим из этой ситуации, я отвечу, что это диалог. Об этом говорится в заявлении кашага Центральной тибетской администрации, сделанном в июне 2012 года, когда два специальных тибетских посланника, принимавших участие в тибетско-китайском диалоге, подали в отставку. Мы по-прежнему полностью привержены ненасильственному подходу, политике Срединного пути, направленной на решение тибетского вопроса через предоставление Тибету подлинной автономии, о которой говорится в конституции Китая.

Китайское руководство остается глухо к требованиям направить в Тибет международную делегацию для проверки фактов и предоставить иностранным журналистам доступ в районы, где произошли самосожжения. Но международное сообщество не должно бездействовать. То как международное сообщество реагирует на проблему Тибета, посылает очень ясный, очень важный сигнал другим политическим движениям, которые, возможно, не так твердо привержены ненасильственному подходу, как мы. Они могут усомниться, а есть ли смысл воздерживаться от насилия в поиске решения конфликтной ситуации? Это сигнал не только для других политических движений, но и для будущих поколений.

Мировые лидеры с удовольствием рассуждают о мире, о ненасилии, о разрешении конфликтов без вооруженного противостояния. Тибет – это возможность применить эти принципы на деле. Рассуждать об этих принципах бессмысленно, если мы не воплощаем их в действие, сталкиваясь с жизненными ситуациями, такими как текущий кризис в Тибете. Тибетцы, живущие в Тибете, мужественно встают на защиту своих прав, даже ценой собственной жизни. Все, чего мы просим у международного сообщества, это воспользоваться своей свободой, чтобы помочь тибетскому народу отстоять свою.


На момент выхода этого фильма в сентябре 2012 года в Тибете произошел 51 подтвержденный случай протестного самосожжения. В результате протестов погиб 41 человек из 51.

Самоcожжения в Тибете



Горящий вопрос. Что толкает тибетцев на самосожжения?

Комментарии:

rabdan54 (Посетители) | 11 ноября 2012 15:46  
Я, Бата Цырендоржиев, крайне возмущен действиями китайских властей по отношению к тибетскому народу, его религии и истории. Это в абсолютной точности соответствует советскому периоду в истории стран входивших в состав СССР. И хотя в есть несомненные успехи в экономическом развитии Китая и в свое время СССР, но они не могут компенсировать или оправдать нарушения прав человека.
BeatleJohn (Посетители) | 11 ноября 2012 22:55  
Возмущает малодушие и трусость российских властей по вопросу приезда Далай-ламы, а также то, что никто не хочет ссориться с Китаем из-за Тибета. Это экономически и политически невыгодно, а некоторым странам еще и попросту страшно. Никто не хочет вмешиваться - как во времена завоевания свободного Тибета Китаем, так и сейчас. В ООН, или где там, выпускают какие-то рекомендации, которые китайские власти спускают в известное место. Америка всё кричит о правах человека, но в реальности всё это оборачивается обычным лицемерием. Такое ощущение, что мы живем не в 21м веке, а в 15м. Нам, простым смертным, остаётся только сочувствовать и сострадать такой несправедливости. Только мой ум отказывается верить, что у такой чудовищной несправедливости, если она является лишь следствием, есть какая-то веская причина...

Информация

Чтобы оставить комментарий к данной публикации, необходимо пройти регистрацию
«    Ноябрь 2012    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
 
 
Подпишитесь на нашу рассылку

Сохраним Тибет!: новости из Тибета и буддийской России

Подписаться письмом
Регистрация     |     Логин     Пароль (Забыли?)
Центр тибетской культуры и информации | Фонд «Сохраним Тибет!» | 2005-2015
О сайте   |   Наш Твиттер: @savetibetru Твиттер @savetibetru
Адрес для писем:
Сайт: http://savetibet.ru
Rambler's Top100