Тибет в России » к началу  
Центр тибетской культуры и информации
Фонд «Сохраним Тибет»
E-mail:
Центр тибетской культуры и информации
E-mail:
Телефон: (495) 786 43 62
Главная Новости Тибет Далай-лама XIV Анонсы Статьи О центре О фонде
 

Б.Л. Митруев. Относительно именной мантры гуру в буддизме

17 февраля 2021 | Версия для печати
| Еще
Б.Л. Митруев. Относительно именной мантры гуру в буддизме

Митруев Б. Л., КНЦ РАН

Скачать текст статьи в формате PDF: b.l.-mitruev.-otnositelno-imennoy-mantry-guru-v-buddizme.pdf [3.26 Mb] (cкачиваний: 19)

Каким образом, как и для чего создаются именные мантры в буддизме? Множество таких мантр создавалось в тибетском обществе во всех традициях тибетского буддизма.

Но, прежде чем задаться вопросом, как создать именную мантру, необходимо разобраться, кто соответствует критерию гуру или духовного наставника, чью мантру вообще стоит создавать.

Об этом очень точно высказался XVII Кармапа Оргьен Тринлей Дордже во время одного из интервью: «”Практика гуру” и “подношение гуру” осуществляются для того, чтобы порадовать ум учителя. Ради этого соответствующим способом практикуют соблюдение трех видов обетов [1]. Учитель в учении тайной мантры – владыка мандалы [2], об этом говорится в объяснении четырех посвящений. В наши дни многие выдумывают мантры своих учителей, не следуя тому, как это изложено в тантрах. Они придумывают мантры, подобные «Ом Ваджра Таши», и прочие. Все это однозначно указывает на то, что это неверно и нехорошо. Такие учителя же, вместо того чтобы учить Дхарме, приносящей пользу потоку ума, или практике соблюдения трех видов обетов, называют себя гуру Ваджрадхарой и произносят лишь лживые слова. Это не может быть названо верным». [Кармапа] [3]

То есть зачастую так называемые «гуру» не являются достойными наставниками, и их ученики, введенные в заблуждение, пытаются неверно создать мантры наполовину на тибетском, а наполовину на санскрите.

О ложных гуру сказано в третьем стихе главы Посвящения Калачакра-тантры:

«Гордецы те, чьими умами правит гнев, не имеющие обетов,
Жадные, лишенные познаний, стремящиеся ввести в заблуждение учеников,
Те, чей ум расстался с высшим блаженством,
Не принявшие посвящения, всецело привязанные к богатству,
Лишенные осознанности, чья речь груба и оскорбительна, исполненные плотских страстей.
Мудрым ученикам следует избегать опоры на таких наставников,
Как на причины достижения полного просветления,
Так, как они стремились бы избежать адов.


Обладатели подобных изъянов не могут являться духовными наставниками, на которых следует опираться практикующему ваджрной колесницы. Даже если принять такого человека как гуру, испросить у него посвящение и тому подобное, результатом этого не явится получение подлинного и значимого посвящения» [Kilty 2004: 214–215].

В этом отрывке Калачакра-тантры говорится о том, кто не может считаться истинным наставником и что так называемых «наставников» необходимо избегать.

Далее в Калачакра-тантре повествуется о подразделениях гуру:

«Эти характеристики можно подразделить на те, которыми обладает монах с полным набором обетов винайи, монах-послушник и мирянин-домохозяин. Среди этих трех типов личностей, достойных быть ваджрными наставниками, полностью посвященный монах является наилучшим выбором, монах-послушник – средним, а мирянин – низшим их трех. Следовательно, когда имеются все три кандидата, для опоры в качестве гуру следует избрать полностью посвященного монаха. Более того, царям следует опираться на гуру, являющихся полностью посвященными монахами, поскольку в противном случае, если они станут опираться на мирян, это принесет вред учению. Каким образом? Если мирянин избран в качестве гуру, в то время как присутствует полностью посвященный монах, достойный быть ваджрным наставником, люди потеряют уважение к Будде, Дхарме и Сангхе, что, в свою очередь, приведет к исчезновению учения. Объясняя смысл второго стиха главы Посвящение, Великий комментарий [Вималапрабха] цитирует следующие строки:

Из трех сведущих в десяти деяниях
наилучшим является полностью посвященный монах,
Ему уступает монах-послушник,
Тогда как мирянин-домохозяин – низший из трех» [Kilty 2004: 213–214].


Прежде чем создать мантру какого-то из учителей, которых мы считаем своим гуру, необходимо убедиться в том, что этот человек в самом деле достоин быть учителем. Что он или она обладает всеми необходимыми характеристиками.

Эти характеристики приводятся в «Украшении сутр» (санскр. Sūtra-alaṃkāra; тиб. mdo sde rgyan):

«Обопрись на такого Духовного Друга,
кто себя обуздал, кто спокоен и тих,
кто в достоинствах много тебя превосходит,
образован, усерден, реальность постиг, –
на того, кто владеет прекрасною речью,
сердцем – любящий, силами – неутомим» [Чже Цонкапа 1994: 57].


Здесь приведены десять характеристик, которыми должен обладать учитель. По крайней мере, он или она должен обладать качествами, которые превосходят качества ученика. Потому что бессмысленно опираться как на духовного наставника на того, кто обладает меньшими достоинствами, чем сам ученик.

Более того, здесь сказано о том, что учитель должен обладать постижением реальности, если не непосредственным, то хотя бы хорошим знанием того, что это такое. Продолжая эту цитату, Лама Цонкапа говорит в Ламриме:

«То есть ученик должен опереться на благого друга, обладающего десятью качествами. Поскольку известно, что невозможно усмирить других, не усмирив себя, то учитель, усмиряющий других, должен был прежде усмирить себя самого».

Под «благим другом» здесь подразумевается духовный наставник, гуру, или кальянамитра на санскрите.

Так как речь идет об именной мантре, необходимо помнить, что мантры необходимо произносить верно.

В «Сутре вопросов Субаху» (санскр. Subāhu­paripṛcchā­sūtra; тиб. dpung bzang gis zhus pa'i rgyud) говорится:

Во время повторения [мантры] делай это не торопясь, не спеша,
Не произноси ее громко, но и не слишком тихо.
Не произнося [посторонних слов], не отвлекаясь на другое,
Произноси, не теряя гласные, анусвары и висарги [4].


Последняя строка говорит о том, что мантру должно произносить, не теряя «анусвары и висарги». То есть необходимо произносить мантры, не коверкая и не произнося их неправильно, как это очень часто бывает, например, в тибетской и в других традициях.

Для чего нужна именная мантра гуру? Даже если мантра гуру создана, как ее использовать? Эти мантры используется главным образом ради двух целей:

1. Для обращения к учителям линии преемственности.
2. Для обращения к коренному учителю.

1. Использование мантры для обращения к учителям линии преемственности

Часто можно встретить тексты, где встречаются мантры одна за другой, и это все мантры учителей линии преемственности. Когда эти мантры произносят, вспоминают об этих гуру, выполняют их визуализацию в поле накопления заслуг, в пространстве перед собой и так далее. Также существуют несколько иные мантры, отличающиеся от упомянутых выше, – это мантры для обращения к коренному учителю. Такая мантра часто бывает включена в текст гуру-йоги, практики единения с коренным учителем. Зачастую этой мантре предшествует небольшое восхваление, адресованное этому учителю. Такого рода мантры учителей существуют как в традиции старых переводов, ньингма (тиб. rnying ma), так и во всех школах новых переводов, сарма (тиб. gsar ma), будь то гелуг, сакья, кагью или джонанг.

Например, этот текст авторства Третьего воплощения Детри Тулку Джамьянг Тубтен Ньимы (тиб. sde khri sprul sku ‘jam dbyangs thub bstan nyi ma; 1779–1862) из гелукпинского монастыря Лавран Таши Кьил.

Б.Л. Митруев. Относительно именной мантры гуру в буддизме
Б.Л. Митруев. Относительно именной мантры гуру в буддизме

Название этого текста «Собрание именных мантр и молитв-обращений к гуру». В этом тексте в первой строке находится мантра: Ом А гуру Ваджрадхара сарва буддха бодхисаттва сарва сиддхи хум хум. Далее идут молитва- обращение к учителю и снова мантра уже этого учителя. В первой мантре было обращение ко всем буддам, бодхисаттвам, а дальше после молитв-обращений идут мантры того или иного учителя.

Б.Л. Митруев. Относительно именной мантры гуру в буддизме
Б.Л. Митруев. Относительно именной мантры гуру в буддизме

Далее текст из традиции дрикунг кагью. Сверху написано название этого текста: «Цикл молитв-обращений и восхвалений, связанных с биографиями драгоценных учителей линии преемственности кагью» (bla ma brgyud pa'i mtshan sngags/ 'bri gung bka' brgyud chos mdzod chen mo Volume 70, р. 3–8).

Первая мантра: Ом А гуру Ваджрадхрик сиддхи пхала хум. Ом А гуру Праджнябхадра сиддхи пхала хум. Ом А гуру Джнянасиддхи сиддхи пхала хум.

Здесь присутствуют санскритские имена учителей линии преемственности, которые следуют одно за другим, прочитывая этот текст, обращаются к этим учителям с просьбой, чтобы они даровали свое благословение.

Например, другой подобного рода текст традиции ньингма, автором которого является ньингмапинский учитель Нгаванг Тендзин Норбу (тиб. Collected Works by Nyingma master Ngawang Tenzin Norbu (1867–1940), также известен как Ронгпху Сангье (тиб. Rong phu Sangs rgyas) или Ронгпху Сангье из региона Дза (тиб. rdza rong phu Sangs rgyas).

Б.Л. Митруев. Относительно именной мантры гуру в буддизме
Б.Л. Митруев. Относительно именной мантры гуру в буддизме

Это сборник мантр, который открывает четверостишие поклонения, а затем мантра, обращенная к одному из учителей. Под тибетскими буквами находятся знаки маленьких полумесяцев с кружочком над ним. Такими знаками обозначают слоги, составляющие имя учителя, к которому направлена молитва-обращение. Первый слог – Риг (тиб. rig), затем следующий слог – Дзин (тиб. ‘dzin), за ним два слова – Гьюр-ме (тиб. ‘gyur med) и завершающие слоги – Дор-дже (тиб. rdo rje). Таким образом, мы можем понять, что данная молитва адресована учителю Ригдзин Гьюрме Дордже. Следующая за этим мантра кодирует его имя на санскрите. Его имя, переведенное на санскрит, полностью включено в мантру: Ом А гуру Акшараваджра сиддхи хум хум. Акшара – значит «неизменный» (тиб. ‘gyur ed), а Ваджра – «алмаз» (тиб. rdo rje).

В мантре отсутствует эпитет Видьядхара, но это распространенная практика. Зачастую переводится не все имя, а только часть имени учителя.

Б.Л. Митруев. Относительно именной мантры гуру в буддизме

Следующий учитель, к которому обращаются в данном тексте, – Нгаванг Чойпел Гьяцо (тиб. nga dbang chos dpal), его мантра: Ом А гуру Вагиндра Дхармашри Самудра сиддхи хум хум. Вагиндра – Нгаванг, «Владыка Речи», Дхармашри – Чойпел, «Великолепие Дхармы» и Самудра – Гьяцо, «Океан». В данном случае имя этого учителя полностью интегрировано в мантру.

Б.Л. Митруев. Относительно именной мантры гуру в буддизме

Существует мнение, что гуру-йога – это категории или разряд текстов, присущий лишь школам новых переводов, но это не так. Гуру-йога существует и в ньингма. Также в ньингма существует разряд текстов, именуемых «ладруб» (тиб. bla sgrub), «практика гуру» или «гуру-садхана». Эта гуру-садхана мало чем отличается от гуру-йоги. Один из самых ранних текстов по гуру-йоге, посвященный Вирупе, был написан Сачен Кунга Нингпо (тиб. sa chen kun dga’ snying po; 1092–1158) [Mayer 2013] [5]. Здесь на иллюстрации пример ньингмапинской гуру-йоги: «Гуру-йога “Массы облаков благословения”» (тиб. bla ma'i rnal 'byor byin rlabs sprin phung (bla sgrub), посвященная Дзогчен Кенпо Падва Ваджре (gsung 'bum/_rdzogs chen mkhan po pad+ma ba dz+ra Volume 1, р. 479–484).

Следующий текст с именными мантрами линии преемственности Ламрима принадлежит традиции гелуг.

Б.Л. Митруев. Относительно именной мантры гуру в буддизме

Как и в предыдущих случаях, вначале идет молитва-обращение из четырех строк, обращенная к учителю, за ней следует мантра: Ом А гуру Шакямуниндра сарва сиддхи хум хум. Эта мантра обращена к первой фигуре в данной линии преемственности – Владыке мудрецов рода Шакья, то есть к Будде Шакьямуни.

Б.Л. Митруев. Относительно именной мантры гуру в буддизме

Мантры на следующей странице обращены к последующим учителям этой линии преемственности. Например, мантра: Ом А гуру Манджушригхоша сиддхи хум хум. Как нетрудно догадаться, это мантра Манджушри. Ом А гуру Майтреянатха сиддхи хум хум – очевидно, что это мантра Майтреянатхи – Защитника Майтрейи. Одна из следующих мантр: Ом А гуру Нагарджуна сиддхи хум хум. Как явствует из самой мантры, это обращение к учителю Нагарджуне.

В этом отношении составление мантр индийских учителей гораздо проще, потому что, как правило, они носят индийские имена, не нуждающиеся в переводе на санскрит. С тибетцами же дело обстоит несколько сложнее.

Ниже следует мантра: Ом А гуру Гунапрабха сиддхи хум хум. Это мантра одного из шести украшений Джамбудвипы, держателя винаи Гунапрабхи. Таким образом, данный текст – обращение ко всем учителям глубокой и обширной линий преемственности Ламрима.

Б.Л. Митруев. Относительно именной мантры гуру в буддизме

Следующий текст, представленный здесь – «Образование словоформ именной мантры Прибежища и Защитника Тенпе Ньимы» (тиб. skyabs mgon bstan pa’i nyi ma’i mtshan sngags byings nas bsgrubs pa), – повествует о том, как создаются слова, составляющие мантры, опираясь на правила санскритской грамматики.

Однако мы не будем подробно рассматривать этот текст, потому что в нем объясняется образование словоформ этой конкретной мантры.

Б.Л. Митруев. Относительно именной мантры гуру в буддизме

Поэтому весь текст нам не так интересен, но красной чертой здесь подчеркнута эта мантра: Ом А гуру Ваджрадхара Сумати Шриман Шасасья Сурья Диша Виджая сиддхи хум хум. Мантра написана с ошибками, но в данном случае это неважно. Главное – как данный пример иллюстрирует процесс перевода или скорее восстановления на санскрите слов, включенных в мантру. Восстановление, потому что большинство духовных и монашеских имен являются переводом с санскрита и были заимствованы из индийской традиции. Этот текст указывает на то, что в Тибете были люди, знающие грамматику санскрита достаточно, чтобы относительно успешно восстанавливать имена собственные на санскрите. Не до конца ясно, насколько хорошо они могли сочинять тексты на санскрите, но это другой вопрос.

Современные комментаторские работы на различные санскритские грамматические тексты убеждают нас в том, что традиция изучения санскритской грамматики в Тибете все еще жива, современные тибетские ученые сочиняют комментарии на различные грамматические трактаты.

Как пример функционирования этой традиции можно привести составление и использование именных мантр в оформлении религиозных строений. Например, Бодх-гайе в Индии, в красиво и богато оформленном монастыре Йонге Мингьюра Ринпоче (тиб. yongs dge mi ‘gyur rin po che) традиции карма кагью, называющемся Тергар (тиб. gter sgar) или Пел Тергар Ригдзин Кхачо-линг (тиб. dpal gter sgar rig 'dzin mkha' spyod gling), – «Великолепный лагерь Тертона [6] “Обитель шествующих по небу держателей знания”» на антаблементе над колоннами золотыми буквами на санскрите письмом ланча написаны именные мантры.

Давайте разберем несколько из этих мантр. Это мантры учителей линий преемственности махамудры. Существует «Молитва-обращение к учителям махамудры» (тиб. phyag chen brgyud pa’i gsol ‘debs), в которой перечислены все учителя этой линии. Рассматриваемые здесь мантры посвящены учителям из этой молитвы-обращения.

Б.Л. Митруев. Относительно именной мантры гуру в буддизме
Б.Л. Митруев. Относительно именной мантры гуру в буддизме

Внизу на иллюстрации мантры написаны латиницей.

Б.Л. Митруев. Относительно именной мантры гуру в буддизме
Рис. 1. Первая мантра.

Первая мантра: Ом Праджнябхадра хум – Oṃ āḥ prajñābhadra hūṃ.
В тибетском тексте молитвы-обращения сказано: «Тилопа Праджнябхадра, знайте!» (тиб. tai lo shes rab bzang po mkhyen no//) То есть точно так же, как в этой молитве, обращение к учителю линии преемственности совершается посредством мантры. Праджнябхадра – это духовное имя Тилопы, который был великим ученым Университета Наланда. Праджня – «Мудрость», а бхадра – «благая». Таким образом, можно привести его имя как «Благая Мудрость».

Выяснить из мантры, кому конкретно она адресована, возможно лишь в случае, если известен контекст и к какой линии преемственности она обращена.

Б.Л. Митруев. Относительно именной мантры гуру в буддизме
Рис. 2. Мантра 2.

Следующая мантра: Ом А Ваджрадхваджа хум – Oṃ āḥ Vajradhvaja hūṃ.
Ваджрадхваджа (тиб. rdo rje rgyal mtshan), «Важный Штандарт Победы» – имя, данное известному йогину Миларепе его учителем Марпа-лоцавой, после того как он дал своему ученику обеты мирянина и бодхисаттвы.

Как видно на данном примере, крайне важно понимать, к кому обращена и как сформировалась мантра. Например, далее в этой же линии преемственности следует Гампопа (тиб. sgam po pa), которого звали Да-ё Шонну (тиб. zla 'od gzhon nu), «Юноша Лунный Свет», но более известно его другое имя – Сонам Ринчен (тиб. bsod nams rin chen). Довольно часто у учителей было несколько имен, которые использовались в разных случаях.

Мантра Гампопы следующая: Oṃ āḥ ratnapuṇya hūṃ. Несомненно, что это перевод имени Гампопы, однако порядок элементов имени изменен. Вместо Puṇyaratna, соответствующего порядку слов в тибетском имени bsod nams rin chen, «Добродетель-Драгоценность», здесь порядок изменен на обратный: Ratnapuṇya, «Драгоценность-Добродетель», что соответствует тибетскому rin chen bsod nams. В Тибете при восстановлении имени на санскрите иногда элементы имени переставляли местами. В случае с Puṇyaratna определение Puṇya стоит на первом месте, а определяемое слово ratna – на втором, вследствие чего оно переводится как «Драгоценность заслуги». В случае же с Ratnapuṇya определение – Ratna, а определяемое слово – puṇya, что обуславливает перевод «Драгоценная заслуга». То есть порядок слов имеет значение.

Следующая мантра обращена к Первому Кармапе Дюсум Кхьенпе (тиб. Kar ma pa dus gsum mkhyen pa; 1110–1193), «Знающему Три Времени»: Ом А Трикаладжня хум – Oṃ āḥ trīkālajña hūṃ.

Следующее обращение – к первому воплощению Ситу Дрогон Сангье Ринчену (тиб. si tu 'gro mgon sangs rgyas ras chen; 1088–1158). Его мантра записана с ошибкой, вместо слова Кирти написано Кирати. В итоге его мантра: Ом А Буддха Кирати (Кирти) хум – Oṃ āḥ buddha kīrati (kīrti) hūṃ.

Возникает вопрос: почему к нему обращаются как к Будда Кирти? Дело в том, что одно из его имен было Сангье Пелдрак (тиб. sangs rgyas dpal grags), поэтому часть этого имени было восстановлено на санскрите. Поэтому важно знать, какие имена носил определенный учитель, для того чтобы верно атрибутировать адресата мантры.

Следующий учитель – Помдракпа Сангье Дордже (тиб. spom brags pa sangs rgyas rdo rje; 1170–1249). Его мантра: Ом А Пуньяй Ваджра хум – Oṃ āḥ puṇyai vajra hūṃ. Слово puṇyai написано с ошибкой, у него не должно быть падежного окончания. В этой мантре по какой-то причине перестановки элементов имени не произошло.

Следующий учитель – Второй Кармапа Карма Пакши (тиб. kar+ma pak+shi; 1204/6–1283). Распространено мнение, что Пакши – монгольское слово, но этимологически оно восходит к китайскому «боши» (кит. 博士; пинь. bóshì), китайскому слову, значащему «старший ученый, главный эрудит» [ЭСМЯ 2015: 69].

Его мантра: Ом А Карма Пакши хум – Oṃ āḥ karma pakṣi hūṃ. В мантре слово Пакши не было переведено. Карма – само по себе санскритское, не нуждающееся в переводе на санскрит.

Следующий учитель – Кедруб Оргьенпа (тиб. mkhas grub o rgyan pa; 1230 –1312) – Oṃ āḥ odyīna hūṃ. Оргьенпа (тиб. o rgyan pa) – «учитель из Уддияны». Тибетское o rgyan, на санскрите uḍḍiyāṇa или uḍḍiyāna, было неверно записано в виде odyīna.

Далее идет Третий Кармапа Рангджунг Дордже (тиб. rang byung rdo rje;1284–1339). Его мантра: Ом А Сваямбхуваджра хум – Oṃ āḥ svayaṃbhuvajra hūṃ. Сваямбху – «самопроявленный», ваджра – алмаз.

Следующий учитель – Гьялва Юнгтонпа Дордже Пел (тиб. rgyal ba g.yung ston rdo rje dpal; 1296–1376). Его мантра: Ом А Ваджрашри хум – Oṃ āḥ vajraśrī hūṃ. Из имени Гьялва Юнгтонпа Дордже Пел в мантре использованы лишь Дордже Пел – Ваджрашри, что значит «Ваджрное Великолепие».

Следующий – Четвертый Кармапа Ролпе Дордже (тиб. rol pa’i rdo rje; 1340–1383). Другое его имя – Дзамлинг Чойки Дракпа (тиб. ‘dzam gling chos kyi grags pa). Для мантры было использовано первое имя Ролпе Дордже – «Играющий Ваджра». Второе имя – Дзамлинг Чойки Дракпа – можно перевести как «Слава Дхармы Джамбудвипы». Его мантра: Ом А Алалаваджра хум – Oṃ āḥ alala vajra hūṃ. Эта мантра интересна тем, что для перевода тибетского слова rol pa, имеющего значение «играть» или «игра», использовано тибетское междометие a la la, выражающее радость. Этому междометию в санскрите, как правило, соответствует aho. Санскритским эквивалентом rol pa, «игра, играющий», может быть несколько слов, среди них можно назвать те, что встречаются в именах буддийских учителей Индии: līlā, vilāsa, lalitāḥ.

Таким образом, эта мантра тоже была составлена с ошибкой.

Cледующий – Второй Шамарпа Тогден Качо Вангпо (тиб. rtogs ldan mkha' spyod dbang po; 1350–1405). Его мантра: Ом А Кхагешвара хум – Oṃ āḥ khageṣvara hūṃ. Качо Вангпо соответствует санскритское khageṣvara или «Владыка шествующих по небу». Под «шествующими по небу», как правило, подразумевают дакинь.

Все это были примеры обращения посредством мантры к учителям линии преемственности.

2. Использование мантры для обращения к коренному учителю

Среди мантр, приведенных выше, мантра Миларепы: Ом А Ваджрадхваджа хум – Oṃ āḥ Vajradhvaja hūṃ. То есть во время обращения к нему как к учителю линии преемственности использована эта мантра.

Для обращения к Миларепе вне контекста обращения как к учителю линии преемственности, а как к единственной фигуре, на которую направлена практика, используются другие мантры.

Существует несколько текстов гуру-йоги Миларепа. Например, есть гуру-йога «Гуру-йога, опирающаяся на великого Миларепу в хлопковых одеждах, вместе с подношением пиршества, называющаяся “Сияние великолепия высшей мудрости”» (тиб. rje btsun ras pa chen po la brten pa’i bla ma’i rnal ‘byor tshogs mchod dang bcas pa ye shes dpal ‘bar), автор которой Первый Конгтрул Карма Нгаванг Йонтен Гьяцо (тиб. kong sprul karma yon ngag dbang yon tan rgya mtsho; 1813–1899). В этой гуру-йоге его мантра: Ом А гуру Хасаваджра хум – Oṃ āḥ guru hāsavajra hūṃ.

Эта мантра строится несколько иначе, чем приведенные выше мантры обращения к учителям линии преемственности. Здесь добавлены слова «Ом А гуру», а также использовано другое духовное имя Миларепы – Шепа Дордже (тиб. bzhad pa rdo rje/ bzhad pa'i rdo rje), что значит «Смеющийся Ваджра» или на санскрите Hāsavajra. Перевод этой мантры: «Ом А учитель Смеющийся Ваджра». Слог хум многозначен, но в данном контексте значит: «Даруй сиддхи!»

Таким образом, очевидно, что мантр Миларепы несколько. Существует еще одна мантра Миларепы: Ом А гуру Хасаваджра сарва сиддхи пхала хум – Oṃ āḥ guru hāsavajra sarva siddhi phala hūṃ. Ее перевод: Ом А учитель Смеющийся Ваджра, даруй мне все сиддхи хум. Sarva – значит «все», siddhi – значит «духовные достижения». Слово siddhi должно быть во множественном числе, но здесь оно стоит в единственном. Phala – повелительное наклонение глагола phal, «даровать», а не существительное phala, имеющее значение «плод, результат».

Среди мантр учителей, встречающихся в текстах буддийских тибетских практик, есть мантра Гуру Падмасамбхавы. Она также представляет собой мантру гуру. Мантра Гуру Падмасамбхавы: Oṃ āḥ hūṃ Vajraguru Padma siddhi hūṃ – Ом А хум Ваджрагуру Падма сиддхи хум. Ее перевод: «Ом А Ваджрный учитель Падма[самбхава], даруй сиддхи!»

В данной мантре «Oṃ āḥ hūṃ» – это обращение к телу, речи и уму Ваджрагуру Падмы, то есть Гуру Падмасамбхавы. «Ваджрагуру» – «Ваджрный наставник» – это эпитет Гуру Падмасамбхавы. «Падма» – его имя. Значение слов siddhi hūṃ такое же, как выше. Различия в структуре между мантрой Падмасамбхавы и Миларепы невелики, поэтому можно утверждать, что она также является именной мантрой гуру.

В тексте «Ежедневная практика, ритуал посвящения и разъяснение Шестнадцати драгоценных капель традиции Кадам “Превосходное изложение украшения замысла”» (тиб. bka' gdams rin po che thig le bcu drug gi rgyun khyer dbang khrid kyi legs bshad phul byung dgongs rgyan), автором которого является Пятый Далай-лама Нгаванг Лобсанг Гьяцо (тиб. rgyal dbang lnga pa ngag dbang blo bzang rgya mtsho; 1617–1682), в одиннадцатом разделе представлена мантра Атиши: Ом Махагуру Дипамкара Атиша сваха – Oṃ mahāguru Dīpaṃkara Atiṣa svāhā. Ее перевод: «Ом Великий учитель Превосходный Светоч, установи основу». Atiśa – «Превосходный», Dīpaṃkara – «Светоч». В тибетской традиции svāhā переводят gzhi tshugs, «установить основу», видимо, подразумевая основу для всякого блага. Эта мантра несколько отличается от предыдущих. В ней содержится эпитет «гуру», не встречавшийся в предыдущих примерах: mahāguru – «великий учитель». Из этого можно заключить, что иногда обращение к учителю может варьироваться: учитель, великий учитель, ваджрный учитель.

Еще один пример – текст из цикла Ютог Ньингтик (тиб. g.yu thog snying thig), называющийся «Практика Владыки жизни, Уничтожителя демонов Владыки смерти» (тиб. tshe dbang 'chi bdag bdud 'joms kyi sgrub pa), в котором представлена следующая мантра: Ом Махагуру Ваджра-аю-сиддхи пхала хум Хо – Oṃ mahāguru Vajrāyuḥsiddhi phala hūṃ hoḥ. Ее перевод: «Ом Великий учитель, с радостью даруй достижение ваджрной жизненной силы!» Слог hoḥ обычно интерпретируется как междометие, выражающее радость.

Другие способы обращения к коренному гуру

Следующий пример – мантра из гуру-йоги «Непревзойденный метод достижения великого блаженства», посвященной Бокара Ринпоче (тиб. Bokar Tulku Karma Ngedon Chokyi Lodro ‘bo dkar sprul sku karma nges don chos kyi blo gros; 1940–2004), написанной Семнадцатым Кармапой Оргьен Тринлей Дордже: Ом А гуру Ваджрадхара хум – Oṃ āḥ guru Vajradhara hūṃ. Ее перевод: «Ом А учитель Ваджрадержец, даруй сиддхи!» Из этого примера видно, что в некоторых случаях в кратких гуру-йогах к гуру обращаются с просьбой даровать сиддхи как к Будде Ваджрадхаре, без каких-либо эпитетов.

Еще одна гуру-йога – Третьего Джамгон Конгтрул Карма Лодре Чойки Сенге (тиб. karma blo gros chos kyi seng ge; 1954–1992) «Клубящиеся облака благословения». Интересен тот факт, что оригинальный текст был написан Вторым Конгтрулом Пелден Кенце Осер Нгаванг Чойкьи Ньима (тиб. ‘jam mgon sprul sku dpal ldan mkhyen brtse ‘od zer ngag dbang chos kyi nyi ma; 1904–1954), а затем преобразован Третьим Джамгоном Конгтрулом, Карма Лодро Чоки Сенге, в практику, в которой его имя на санскрите включено в мантру. Мантра Третьего Джамгон Конгтрула: Ом А Ваджрагуру Мати-Дхарма-Симха сарва сиддхи хум – Oṃ āḥ Vajraguru Mati Dharma Siṃha sarva siddhi hūṃ.

В этой мантре к Третьему Джамгон Конгтрул обращаются Vajraguru – «Ваджрный наставник». Такое обращение в именных мантрах гуру встречается довольно редко. Это обращение идентично тому, что использовано в мантре Гуру Падмасамбхавы, что дает еще одно подтверждение тому, что мантра Падмасамбхавы – именная мантра, обращенная к гуру.

Фразы и молитвы-обращения, выполняющие функцию мантры

Вообще речь, обращенная к гуру и выполняющая ту же функцию прошения даровать сиддхи, что и мантра, может быть не только в форме мантры, имеющей определенную структуру, состоящую из зачина, обращения и просьбы даровать сиддхи и завершения, но и краткие фразы с завершенным смыслом, и целые молитвы-обращения. Такая фраза или четверостишие могут даже не начинаться со слога Oṃ, являющегося универсальным зачином мантры. Более того, даже в формальных мантрах, таких как мантра из Праджняпарамита-хридая-сутры: gate gate pāragate pārasaṃgate bodhi svāhā, отсутствует зачин в виде слога Oṃ. Во многих мантрах отсутствует завершение, часто представленное словом svāhā или другим слогом. Например, небезызвестная мантра Кармапы: Кармапа кьенно! (тиб. karmapa mkhyen no.)

Семнадцатый Кармапа Оргьен Тринлей Дордже на одном из своих учений рассказал, как возникла это мантра Кармапы, повторяемая во время совершения гуру-йоги Кармапы:

«Трудно сказать, когда появилась мантра Кармапы, но кажется, что даже до того, как буддизм распространился в Тибете, у людей был обычай призывать своих многочисленных богов словами «Кхьенно» («Познай меня») или «Зиг» («Узри меня»). Люди взывали к своим божествам, прося защиты: «Кхьенно!» («Подумай обо мне!»), «Зигсо!» («Посмотри на меня!») Люди просили свое божество защитить их: «Лха Кхьенно!» («Божество, знай меня!»)

Когда в Тибете развился буддизм, этот обычай постепенно перешел на новый духовный путь. Мы знаем, по крайней мере, что это произошло после времен Пятого Кармапы, Дешина Шекпы, потому что, когда он был в Китае, по велению императора династии Мин был составлен сборник имен и мантр всех будд и бодхисаттв. Под изображением Дешин Шекпы была шестисложная мантра Авалокитешвары, а не Кармапы Кхьенно. История говорит, что с этого времени началась традиция, согласно которой многие люди читали шестислоговую мантру, подразумевая, что она связана как с Кармапой, так и с Авалокитешварой [7]».

К этому же разряду можно отнести и фразу: «Лама, кхьенно!» (тиб. bla ma mkhyen no), значащую: «Учитель, внемли! Учитель, знай!» Эта фраза встречается в текстах «призывание учителя из далека» (тиб. bla ma rgyang ‘bod).

Фраза Кармапа Кхенно ныне используется как мантра, которую начитывают большое количество раз на четках.

В качестве примера молитвы-обращения или четверостишия, используемого как мантра, можно привести молитву-обращение к ламе Цонкапе Лобсанг Дракпе (тиб. tsong kha pa blo bzang grags pa, 1357–1419), называющееся «Мигцема» (тиб. dmigs brtse ma) – по первым словам этой молитвы dmigs med brtse ba’i gter chen spyan ras gzigs – «Авалокитешвара – великая сокровищница сострадания, не воспринимающего истинного существования», с которой она начинается. Ее пятистрочный вариант:

dmigs med brtse ba'i gter chen spyan ras gzigs//
dri med mkhyen pa'i dbang po 'jam pa'i dbyangs//
bdud dpung ma lus 'joms mdzad gsang ba'i bdag//
gangs can mkhas pa'i gtsug rgyan tsong kha pa//
blo bzang grags pa'i zhabs la gsol ba 'debs//


Ее перевод:

«Авалокитешвара, великое сокровище безобъектного сострадания,
Манджушри, владыка безупречной мудрости,
Владыка тайн, уничтожающий полчища Мары,
Цонгкапа, драгоценный венец мудрецов Страны снегов,
Лобсанг Драгпа, молюсь у твоих стоп!»


Традиционно говорится, что лама Цонкапа поднес эту молитву с посвящением своему учителю Рендаве Шонну Лодро (тиб. red mda’ ba gzhon nu blo gros, 1349–1412), который вернул ее, сделав ее обращением к ламе Цонкапе.

Различные версии с различным количеством строк, от пяти до девяти, используются как мантра ламы Цонкапы, несмотря на то что существует формальная мантра ламы Цонкапы: Ом А гуру Ваджрадхара Суматикирти сарва сиддхи хум – Oṃ āḥ guru Vajradhara Sumatī Kīrti sarva siddhi hūṃ.

Одним из доводов, поддерживающих утверждение, что «Мигцема» соответствует формальной мантре ламы Цонкапы, является практика затворов или ретритов по повторению «Мигцема» в контексте гуру-йоги ламы Цонкапы «Сто божеств Тушита» (тиб. bla ma’i rnal ‘byor dga’ ldan lha brgya ma) ― одного из самых известных текстов, посвященных медитативной практике, связанной с ламой Цонкапой в тибетской школе гелуг. Традиция приписывает авторство этого текста Дульнагпа Пелден Сангпо (‘dul nag pa dpal ldan bzang po, 1402–1473). В ходе такого затворничества эта молитва повторяется сто тысяч раз, таким образом, сравниваясь с мантрой в своем значении и использовании.

Интересна традиция исполнения «Мигцема» во время прибытия определенного учителя в какое-либо место. Верующие, выстроившись в ряды, повторяют эту молитву, что символизирует необходимость восприятия учителя как неотделимого от Дже Ринпоче (ламы Цонкапы).

Другая молитва-обращение, используемая как мантра, – обращение к Чодже Сакья-пандите Кунга Гьялцену (тиб. chos rje sa skya paN+Di ta kun dga' rgyal mtshan; 1182–1251), четвертому патриарху Сакья:

shes bya thams cad gzigs pa'i spyan yangs pa//
'gro kun dge legs sgrub pa'i thugs rje can//
bsam yas phrin las mdzad pa'i stobs mnga' ba//
'jam mgon bla ma'i zhabs la mgos phyag 'tshal//


Ее перевод:

«Ваши широко раскрытые глаза видят все, что можно познать.
Из сострадания вы совершаете добродетель и добро для всех странствующих существ.
Вы обладаете силой выполнять немыслимые действия.
Гуру Манджунатха, я склоняю голову к твоим стопам!»


Эта молитва-обращение повторяется многократно в четырнадцатый день одиннадцатого месяца тибетского лунного календаря – годовщину кончины Сакья Пандиты.

Б.Л. Митруев. Относительно именной мантры гуру в буддизмеПримеры неудачно составленных мантр

Выше уже приводились примеры не совсем удачно составленных мантр, обращенных к учителям линии преемственности, но есть и другие подобные случаи. Например, это мантра известного тертона Намчаг Цасум-лингпы (тиб. gnam lcags rtsa gsum gling pa; 1694–1738): Ом А махагуру Эхам-Лоха-Ваджра сарва сиддхи хум – Oṃ āḥ mahāguru Ehaṃ-loha-vajra sarva siddhi hūṃ. Ее перевод: «Ом А, великий учитель Метеоритная Ваджра, даруй все сиддхи хум».

Обращение mahāguru уже рассматривалось выше. Ehaṃ-loha-vajra – перевод его имени gnam lcags rdo rje, «Метеоритная Ваджра» на санскрит. Однако слово ehaṃ не встречается в санскритских словарях. Зная тибетское имя тертона «Метеоритная Ваджра» и учитывая, что loha значит «железо», можно предположить, что ehaṃ соответствует тибетскому gnam, «небо». Таким образом, Ehaṃ-loha обозначает метеорит или «небесное железо», однако это неверно восстановленное на санскрит слово.

Другой пример неудачного перевода представлен в гуру-йоге 14-го Шамара Мипам Чойкьи Лодро (zhwa dmar mi pham chos kyi blo gros; 1952–2014), называющейся «Пиршество достижения благословения» (тиб. byin rlabs grub pa’i dga’ ston). Мантра 14-го Шамара: Ом А гуру Бхагаван Дхарма Мати хум сваха – Oṃ āḥ guru bhagavan dharma mati hūṃ svāhā. В данной мантре тибетское mi pham было восстановлено на санскрите как bhagavan, «Победоносный», однако традиционно санскритским эквивалентом эпитета Будды Майтрейи mi pham, «Непобежденный», является слово Ajita. Слову bhagavan соответствует тибетское bcom ldan ‘das. Другой необычной чертой является помещенное в конце мантры слово svāhā, редко используемое в именных мантрах.

Таким образом, иногда эквиваленты тибетским слов подобраны неправильно, и мантра составлена неудачно.

Использование именных мантр

Такого рода мантры, обращенные к единичной главной фигуре практики, используются в гуру-йогах. Вот что говорит об использовании именных мантр XIV Далай-лама Тендзин Гьяцо в комментарии на «Гуру-пуджу», называющийся «Союз блаженства и пустоты»:

«Если вы хотите выполнять сокращенную версию практики, представьте, что вы получили благословение от гуру и растворитесь в ясном свете. Из состояния ясного света вы трансформируетесь в изначальное тело наслаждения вашего главного медитативного божества. Вслед за этим повторяйте мантры. В вашем сердце, а также в сердце центральной фигуры поля заслуг визуализируйте мантровые круги: Ом А хум в середине, затем мантровый круг Ом А Ваджрадхара сиддхи хум или Ом Ваджрадхара хум (без сиддхи). Эти мантровые круги окружены, в свою очередь, мантрой Ом Муни Муни Маха Мунае Сваха или Ом Муни Муни Маха Мунае Шакьямуние Сваха. За этой мантрой располагается мантра Ламы Цонкапы Ом гуру Сумати Кирти сиддхи хум. Затем должна произноситься мантра вашего коренного гуру. Хорошо также произнести мантры всех тех гуру, от которых вы непосредственно получали учения. Если вы знаете мантру на санскрите, то произносите ее, если же нет, то просто вставляйте соответствующее имя между Ом гуру Ваджрадхара и хум. Не нужно с неистовством разыскивать санскритские наименования… Если вы делаете настоящую практику каждый день, то это поможет вам сблизиться с вашими гуру и постоянно сохранять памятование об их доброте. В противном случае если кто-то вдруг спросит вас о том, сколько у вас гуру, то вы не сможете ответить!» [Далай-лама 2001: 164].

В этом отрывке Далай-лама объясняет метод, посредством которого создается именная мантра гуру. В начале мантры ставят слоги Oṃ āḥ guru Vajradhara, затем имя гуру на санскрите. Если верующий не может перевести имя на санскрит, его оставляют на тибетском. Завершают мантру слог hūṃ или слова sarva siddhi hūṃ. Таким образом, Oṃ – обращение к телу гуру. Часто объясняют, что Oṃ состоит из трех составляющих звуков: а, u, ṃ и, таким образом, символизируют тело, речь и ум. Иногда их интерпретируют как символы трех тел будды: нирманакайи, самбхогакайи и дхармакайи. Но в именных мантрах более вероятно, что Oṃ символизирует тело гуру. Произнося этот слог, верующий просит благословения тела гуру. Слог āḥ символизирует речь гуру, Vajradhara и имя гуру – обращение к его уму, sarva siddhi hūṃ hūṃ или один hūṃ – просьба даровать все сиддхи, как мирские, так и немирские, то есть как обычные, так и высшие. Как было сказано выше, в завершении мантры могут быть варианты: может стоят sarva siddhi, или одно слово siddhi, или слог hūṃ, имеющий значение «даруйте сиддхи!».

Как говорилось выше, обращение к гуру тоже может варьироваться. Таким образом, процесс составления именной мантры эти мантры подразумевает простор для действий. Мантры могут отличаться в разных традициях, поэтому при составлении именной мантры гуру ориентируются на предыдущие примеры таких мантр в конкретной традиции.

Тибетские имена. Порядок. Перевод

Возьмем для примера имя XIV Далай-ламы: Джампел Нгаванг Лобсанг Еше Тендзин Гьяцо Пелсангпо (тиб. ‘jam dpal ngag dbang blo bzang ye shes bstan ‘dzin rgya mstho). Ламы, занимающие высокое место в тибетской иерархии, часто получали очень длинные имена, которые полностью или в сокращенном виде включали в мантру. Если лама является монахом, то перед его именем часто помещают слово Bhaṭṭāraka, «досточтимый», которому соответствует тибетское rje btsun.

Мантра Далай-ламы: Ом А гуру Ваджрадхара Вагиндра Сумати Шасанадхара Самудра Шрибхадра сарва сиддхи хум хум –
Oṃ Āḥ Guru Vajradhara Bhaṭṭāraka Mañjuśrī Vāgindra Sumati Jñāna Śāsanadhara Samudra Śrībhadra Sarva Siddhi Hūṃ Hūṃ.

Ее перевод: Ом А гуру Ваджрадержец, досточтимый Манджушри, Владыка речи, Благой Ум, Высшая Мудрость, Держатель Учения, Океан, Великолепный и Благой, все сиддхи хум хум!

Другой пример мантры, включающей все себя все имя учителя, – мантра Кунделинга Ринпоче Тендзин Гьялцен Пелсангпо (тиб. kun bde gling rin po che bstan ‘dzin rgyal mtshan dpal bzang po): Ом А гуру Ваджрадхара Бхаттарака Шасанадхара Дхваджа Шрибхадра сиддхи хум хум – Oṃ Āḥ guru Vajradhara Bhaṭṭāraka Śāsanadhara Dhvaja Śrībhadra siddhi Hūṃ Hūṃ.

Перевод мантры: «О гуру Ваджрадхара, досточтимый Держатель Учения, Стяг победы, Благое великолепие, даруй сиддхи!»

Таким образом, каждый элемент тибетского имени традиционно имеет санскритский эквивалент, переводом которого он является.

Иногда имена воплощений известных лам или царей княжеств традиционно содержат элемент, присутствующий в именах всех представителей этой линии. Например, Далай-ламы, начиная с III Далай-ламы Сонам Гьяцо, носили имя Гьяцо, «Океан». Нынешнего XIV Далай-ламу зовут Тендзин Гьяцо. Цари Сиккима носили имя Намгьял (тиб. rnam rgyal), подобных примеров множество.

Каким же образом складываются традиционные религиозные или духовные имена? В монашеском сообществе имя дается во время получения монашеских обетов. Наставник, передающий обеты, дает ученику часть своего имени. К примеру, множество учеников XIV Далай-ламы зовут Тендзин, независимо от пола. Имя Тендзин используется для представителей обоих полов.

Из этого можно заключить, что имя создается механистически, посредством подбора и оно не всегда может быть адекватно переведено. Например, если первая часть имени Тендзин, то вторая часть механически подбирается из широкого списка возможных вариантов, который может включать в себя названия шести или десяти парамит или другое часто употребляемое имя. Иногда это сочетание слов имени не совсем удобно перевести как нечто осмысленное. Например, Тендзин Сопа (тиб. bstan ‘dzin bzod pa) – Держатель Учения-Терпение. Скорее всего, это имя переведут как «Держатель Учения Терпения», но на самом деле это скорее «Терпение Держателя Учения», что звучит уже менее поэтично.

При восстановлении санскритских эквивалентов тибетского имени необходимо сохранять порядок элементов. Как в случае с приведенным выше именем Гампопы, Сонам Ринчен (тиб. bsod nams rin chen), где порядок элементов имени был изменен, и вместо Puṇyaratna, «Добродетель-Драгоценность», было составлено имя Ratnapuṇya, «Драгоценность-Добродетель», что неверно.

Другим важным вопросом является верный подбор восстанавливаемых санскритских эквивалентов. Например, санскритский эквивалент имени одного из индийских ученых – Сенге Сангпо (тиб. seng+ge bzang po), «Благой Лев», – был восстановлен как Siṃhabhadra, но позднее был обнаружен санскритский текст с его именем, и обнаружилось, что его имя на самом деле было Haribhadra, где Hari имеет то же значение: «лев».

При восстановлении санскритских эквивалентов тибетских имен возможно множество вариантов для одного имени. Например, имя nam mkha’, «пространство», может иметь множество синонимов: ākāśa, gagana, kha и т. д. Традиционно выбор падает на тот вариант, который был использован в именах представителей буддийской традиции в прошлом. Такими именами, например, могут быт санскритские имена учителей прошлого, известные в традиции того, кто получил это имя.

Иногда берется не все имя учителя, а лишь его основная часть, имя, которое обыкновенно используется учителем. Например, в именной мантре 41-го Сакья Гонгма Тричен Ринпоче Нгаванг Кунга Тегчен Пелбар Тринле Сампел Вангьи Гьялпо (тиб. ngag dbang kun dga' theg chen dpal 'bar phrin las bsam 'phel dbang gi rgyal po) использованы лишь два элемента имени: Нгаванг Кунга. В итоге мантра выглядит вот так: Ом А гуру Ваджрадхара Вагиндра-Ананда сарва сиддхи хум – Oṃ āḥ guru Vajradhara Vāgindrānanda sarva siddhi hūṃ.

Таким образом, знание структуры именной мантры позволяет не только создать мантру конкретного гуру, но верно атрибутировать уже существующие мантры.

Примечания

[1] Обеты личного освобождения, обеты бодхисаттвы и тантрические обеты.
[2] Владыка мандалы – центральное божество в мандале, в виде которого возникает учитель во время посвящения.
[3] URL: http://new.kagyumonlam.org/index.php/tib/component/content/article/189-kagyu-monam-tibetan/news-tib/2017/898-potowa-teaching-1 (Время обращения: 21.20, 22.01.2021.)
[4] Английский перевод этой цитаты: An Introduction to the Buddhist Tantric Systems [Lessing, Wayman 1978: 189–191].
[5] Mayer Rob. Early guru yoga, indigenous ritual, and Padmasambhava. URL: https://blogs.orient.ox.ac.uk/kila/2013/10/07/early-guru-yoga-indigenous-ritual-and-padmasambhava/ (Время обращения: 21-30, 30.01.2021.)
[6] Тертон (тиб. gter ston) – букв. «открыватель сокровищ», человек, который обнаруживает терма или «сокровище» – священные предметы тибетского буддизма и религии бон, включая широкий спектр рукописей, реликвий, скульптур и ритуальных принадлежностей, которые предположительно были спрятаны в более ранние периоды, чтобы быть открытыми в более поздний период времени [PDB 2014: 329].
[7] https://kagyuoffice.org/direct-instructions-on-the-great-compassionate-one-day-one/ (Время обращения: 16-40, 24.01.2021.)

Литература

Khedrup Norsang Gyatso. Ornament of Stainless Light: An Exposition of the Kalacakra Tantra. Boston: Wisdom Publications, 2004. – 709 р.

Чже Цонкапа. Большое руководство к этапам Пути Пробуждения. Том 1. СПб.: Нартханг, 2001. – 386 с.

Далай-лама XIV. Единство Блаженства и Пустоты. Комментарий на практику гуру-йоги. СПб.: Нартханг, 2001. – 259 с.

PDB – Buswell Robert E. Jr., Lopez Donald S. Jr. Princeton Dictionary of Buddhism. Princeton: Princeton University Press, 2014. – 1304 p.

ЭСМЯ – Этимологический словарь монгольских языков, том I. – A–E. Институт востоковедения РАН. Гл. ред. Г. Д. Санжеев, ред. Л. Р. Концевич, В. И. Рассадин, Я. Д. Леман. – М.: ИВ РАН, 2015. – 224 с.
Просмотров: 590  |  Тэги: мантра, буддизм

Комментарии:

Информация

Чтобы оставить комментарий к данной публикации, необходимо пройти регистрацию
«    Февраль 2021    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
 
Подпишитесь на нашу рассылку

Сохраним Тибет!: новости из Тибета и буддийской России

Подписаться письмом
Регистрация     |     Логин     Пароль (Забыли?)
Центр тибетской культуры и информации | Фонд «Сохраним Тибет!» | 2005-2020
О сайте   |   Наш Твиттер: @savetibetru Твиттер @savetibetru
Адрес для писем:
Сайт: http://savetibet.ru